Книга На два импульса, страница 65 – Амалия Мо

Стыдно мне не было. Логан сам бросил меня, сам сделал такой выбор и очень ясно дал понять, что у нас нет будущего. А раз будущего нет, то и смысла устраивать драму тоже.

— Вам стоит поработать над тактом, – процедила я, переводя взгляд обратно на Юрия. – Вы здесь только чтобы поблагодарить? Я свободна?

— Всегда по делу, – довольно кивнул он, будто ему доставляло удовольствие моё раздражение. Затем потянулся за портфелем и достал тонкую папку. Положил её на сиденье между нами. – Хотите – возьмите. Хотите – сожгите. Мне всё равно. Просто подумал, что вам, как человеку, который имеет право знать, будет интересно.

Я не сразу потянулась за папкой. Присутствие Шарда делало это особенно тяжёлым, будто я сейчас открою не просто чужие секреты, а сорву покров с собственной жизни.

Берроуз наблюдал за мной с привычной ухмылкой, в которой пряталось больше, чем казалось на первый взгляд.

— Почему вы даёте это мне? – осторожно спросила я.

— Потому что он и так всё знает, – почти ласково сказал Берроуз. – А вы… вы заслуживаете честности. Даже если она вас разозлит.

Пальцы сжали край папки. Я слышала, как Шард тихо выдохнул, впервые за всё время. Это был не просто вздох, а словно сигнал. Он знал, что там внутри. Или догадывался. Получается… Калеб тоже в курсе.

Я села ровнее. Люди за стеклом машины, свет солнца, шорох страниц, когда я приоткрыла край папки. Всё ощущалось под прицелом.

— Что это?

— Документы о свойствах связи между донором и первокровным. Некоторые вещи, о которых ваш благочестивый спутник предпочёл промолчать. Удалось раздобыть через Верховных служителей. Засекреченная информация, мисс Деваль.

Я сомневалась, стоит ли брать это. Предчувствие подсказывало, что если я погружусь в чтение, то ничего хорошего там не увижу.

Всё то, что успело окрепнуть в моей голове за пару дней, все проснувшиеся чувства… попадут под пересмотр. Сомнений в этом не было.

Благодаря Берроузу у меня уже сформировался рефлекс: если он закидывает крючок, я буду корчиться от очередного болезненного осознания. Руководитель ИКВИ годами оттачивал свои «навыки» общения с людьми, чтобы наверняка знать, как и чем воздействовать.

В конце концов, Калеб как-то сказал, что у всех людей есть пороки и слабости. И именно благодаря им человеком так легко манипулировать.

— Благодарить не стану, – подхватив папку, я потянулась к двери.

— Каяна, позвоните, как прочтёте, вам нельзя будет оставаться в одиночестве, – резанул напоследок Юрий, а я старалась проигнорировать волнение, поднимающееся в животе.

Устроившись в кафе за самым дальним столиком, я открыла папку. Приказывала себе дождаться хотя бы вечера, но любопытство взяло верх. Рука потянулась к папке, распахивая перед собой первые страницы.

Первые листы походили на историческую справку. Ранние наблюдения за связью между первокровными и донорами. Антропологические заметки, данные и примеры из прошлого.

Вскользь упоминались женщины-доноры, сопровождавшие представителей высших родо́в: их реакции, изменения в поведении, физические симптомы.

Следующие страницы оказались более детальными. Научный отчёт, структурированный по пунктам: гормональные изменения, психоэмоциональные реакции, долговременные физиологические адаптации.

Я чувствовала, как напрягается каждая мышца в теле, когда взгляд зацепился за подпункт с пометкой: «Субъект D-07 (Деваль К.)». И перечень моих показателей с пометками в разные даты с размашистой подписью Калеба Морвеля под каждой страницей.