Книга Змеиное жало, страница 2 – Таис Буше

— Чтобы ты ничего себе не повредила и не мешала, ниэ.

— Я не буду мешать, — голос Наиль задрожал.

— Так будет лучше, — отрезал Бен-себ и опустился на колени. Его горячий язык прошелся по ее лобку, спустился ниже, принялся ласкать нежные складки. Он раздвинул ноги Наиль и вылизал ее глубже. Он делал все это как-то технично, но ее все равно выгибало от удовольствия. Она сжимала ленты в кулаках и тихо стонала. Бен-себ же продолжал облизывать ее, посасывать, запускать горячий язык в самую глубину, и Наиль чувствовала — пружина уже сжалась до предела. Очень скоро ее сознание расцветет лепестками оргазма.

И она кончила с громким криком, но не от языка Бен-себа.

Чей-то не менее горячий язык вошел в ее дырочку сзади, протолкнулся очень глубоко, растягивая нежный проход пальцами.

Наиль от испуга судорожно задышала, попыталась обернуться, но ее мягко остановили чужие руки, прижимая к еще более мощному телу, чем у Бен-себа и незнакомец прошептал:

— Тебе оказана великая честь стать носительницей моего семени, а оплодотворит его мой верный апион.

На этих словах Бен-себ поднялся с колен и посмотрел за спину Наиль с нескрываемой злостью. Взаимопониманием между этими двумя и не пахло. А между ними в уязвимой и беспомощной позе висела Наиль — ксенопсихолог с Канисиана, дочь из семьи предателей, гарант стодневного мира.

Вариантов не было. Нужно было как-то снизить градус напряженности, иначе будущего ребенка ей придется растить одной. И в рабстве.

День встречи

Наиль стояла около двух канисианок в таких же черных одеждах, как и она сама, и ждала, когда из Зала Фонтанов выйдут все участники переговоров. Финарэль выслала им вчера по внутренней связи все инструкции, где четко дала понять — никаких ярких оттенков в одежде — только черный цвет.

Как у аписов.

Даже атласы в своей военной форме выглядели нарядней, чем эти монахи.

Она скосила глаза сначала на канисианку справа — высокая, стройная, как и она сама, из очень старой семейной ветви, причем по обоим родителям — любимая дочь графини Фессет и знатного нага Хасса Веретеница — Дион Веретеница. Ее белые волосы были туго заплетены в длинную косу, превращая ее хрупкую красоту в холодную.

Слева была канисианка с медными волосами — дальняя родственница королевской ветви. Зрелая, спокойная и состоящая в браке. Она крутила брачное кольцо. Но Наиль точно знала, что Финарэль выбирала лишь свободных.

— Пока ждем, может быть познакомимся? — вдруг сказала рыжеволосая. Она убрала свои волосы в пучок, затянув его настолько туго, что не торчало ни одного волоска.

— Наиль, — протянула она руку, и сжала чужое предплечье в знак уважения по старой традиции.

— Катэль, — улыбнулась рыжеволосая и также сжала ее предплечье.

Наиль удивленно подняла тонкие брови и спросила:

— Вы Катэль, маркиза Саэрт, супруга бывшего генерала?

— Бывшая супруга бывшего генерала, — пояснила она. — Мне позволили аннулировать брак.

Наиль перевела взгляд на тонкое обручальное кольцо.

— Ах, это... Это мое напоминание, чтобы снова не вляпаться в брак из-за собственных чувств. Только холодный расчет.

— Нам он всем не помешает, — подала голос Дион и представилась: — Дионида Веретеница, баронесса Фессет. Можно просто Дион. — И точно также пожала предплечья соплеменниц. — Я работаю по другому протоколу, но чую задницей — холодный ум нас спасет.