Книга Княжна Разумовская. Спасти Императора, страница 40 – Виктория Богачева

— Княжна, — он чуть поклонился мне, остановившись в нескольких метрах.

— Князь, — я присела в слабом намеке на реверанс. — Отца и брата нет сейчас, они на службе…

Не представляла, что иное могло привести его в особняк, как не необходимость встретиться с кем-то из них.

— Я знаю, — его ответ обезоруживал. — Я приехал, чтобы поговорить с вами.

С несколько секунд я смотрела на него, размышляя, правильно ли услышала. Идеи в голову приходили одна безумнее другой, начиная с того, что он все же решился разорвать ненавистную ему помолвку и заканчивая той, что каким-то невероятным образом он понял, что я не та Варвара.

— При меньшем скоплении людей, — князь продолжал давить, и я, наконец, отмерла.

— Вот как, — посмотрела на него с сомнением, пытаясь прочесть ответ на лице, но оно ничего не выражало. — Что ж, ступайте за мной, — кивнув Соне, я развернулась и повела его в малую гостиную.

Ненавидела ее, но комната была ближайшей и самой удобной для приема гостей. Тем более таких незваных и нежданных.

— Что-нибудь выпьете? — я посмотрела на него, когда мы вошли. — Быть может, чай? Или приказать подать что-то из коллекции отца?

Князь резким взмахом руки остановил лакея, который хотел закрыть дверь, и покачал головой, вновь взглянув на меня.

— Нет, благодарю. Не стоит.

Воцарилась тишина: я стояла спиной к окну, скрестив на груди руки. Князь Хованский застыл напротив, сложив ладони за спину. Он был в привычном темно-синем мундире. Я же с утра надела простое, домашнее платье. Не ожидала гостей.

От его взгляда у меня по рукам бегали мурашки. Хотелось воскликнуть, чтобы он уже сказал то, ради чего пришел, и поскорее покинул особняк.

— Как вы себя чувствуете, Варвара Алексеевна? — спросил он спустя несколько минут, показавшихся мне вечностью.

— Весьма неплохо, благодарю вас. Вчера приезжал наш семейный доктор. Он сказал, что я вполне здорова. Допустил к балу.

Князь кивнул и вновь надолго замолчал. Я начинала нервничать, потому что не понимала ни его поступков, ни намерений. А это раздражало!

— Вы хорошо выглядите.

— Благодарю, — заученно ответила я и тряхнула головой. — Князь! — позвала нетерпеливо и резко. — Зачем вы приехали?

Когда наши взгляды встретились, воздух вокруг словно заискрился от напряжения. Князь хорошо умел скрывать свои эмоции. Он держал лицо, как и полагалось аристократу.

Но вот глаза...

Глаза не лгали. И они выдавали его с головой.

Он вовсе не был той глыбой льда, которой хотел казаться. В его взгляде бушевали настоящие, необузданные чувства. Я видела и страсть, и гнев, и удивление, и недовольство, и раздражение.

В тот момент время словно остановилось. Князь всматривался в мое лицо с жадным нетерпением, с голодом...

Мне пришлось опустить голову, чтобы разорвать эту возникшую между нами связь. Слишком много ненужных эмоций она будоражила в моей крови.

— Мы нашли того наездника, который едва не задавил вас, — сухо отозвался князь Хованский. Он прочистил горло прежде, чем продолжил. — Убитым.

Невольно я подалась вперед и вскинула руки к лицу. Голова чуть закружилась, и хорошо, что кресло оказалось буквально в шаге от меня. Проклиная собственную слабость, я рухнула в него и закрыла глаза ладонями.

— Избавлю вас от неприятных подробностей. Скажу лишь, что убили его в тот же самый день, когда он попытался убить вас.