Книга Княжна Разумовская. Спасти Императора, страница 46 – Виктория Богачева

— Благодарю Вас, — я чуть склонила голову.

— За вашу улыбку, Варвара Алексеевна, я готов спасти вас, от чего угодно, — он потянулся за моей рукой, намереваясь поцеловать, когда к нам сквозь плотную толку буквально протиснулся князь Хованский.

— Граф Перовский, — сухо поздоровался жених, впившись взглядом в руку, которую незнакомец никак не отпускал.

— Георгий Александрович, сколько лет, сколько лет, — с виду дружелюбно отозвался тот, но вот улыбка его показалась мне насквозь фальшивой.

— Вы позволите? — еще более холодно и сухо спросил князь Хованский и едва заметно кивнул на мою руку.

И только тогда светловолосый граф меня отпустил.

— Конечно, конечно, — со лживой суетливостью поспешил он. — У вас обворожительная невеста, князь. Вам невероятно повезло.

— Да, — жених стиснул челюсть, сжав кончики моих пальцев. — Я знаю.

Мы отошли на два шага, и он повернулся ко мне, и я с удивлением поняла, что у него на лице не было ни кровинки. Оно побледнело, словно выцвело. Даже скулы как будто запали сильнее. Остался лишь взгляд. Пронзительный, пылающий, страстный.

— Следующий танец за мной, — сказал он каким-то странным голосом. Словно ему было тяжело говорить.

— Это приказ? Мы не на вашей службе, князь, — тихо сказала я.

— Что?.. — шепот сорвался с его губ раньше, чем он опомнился.

По лицу пробежала тень, но он быстро справился с чувствами. Отпустил меня, вытянул руки вдоль тела, чуть поправил парадный мундир, по-военному выпрямился и щелкнул каблуками.

— Позвольте мне иметь честь пригласить вас на мазурку и котильон, — сказал он торжественно и строго, склонив голову. — И на последний вальс.

В горле пересохло, и сперва я не могла вымолвить ни слова.

— С удовольствием, князь, — я все же справилась с волнением.

Он дернул уголком губ в намеке на усмешку и откланялся.

Я танцевала еще несколько танцев. Сразу после того, как князь Хованский меня покинул, подошли отец и Кира Кирилловна, которой полагалось всюду сопровождать меня, незамужнюю девицу.

Нашего общества искали многие: в основном, сослуживцы отца и подруги тетушки, которых она приобрела, пока была фрейлиной Императрицы. Я танцевала с их сыновьями и племянниками обычные, ни к чему не обязывающие танцы.

Самые главные — самые интимные и близкие — уже оставил за собой князь Хованский.

Весь вечер я тайком наблюдала за ним. К моему удивлению, он не танцевал. Все больше стоял в тесном кругу мужчин постарше, также облаченных в парадные мундиры. Они старались соответствовать правилам бала: быть улыбчивыми и весёлыми, но порой лица их делались столь суровыми, что становилось очевидно: обсуждали они вовсе не изящные па и менуэты.

Оттанцевав все танцы, которые я заранее обещала, я поняла, что, если продолжу, сил на мазурку с женихом совсем не останется. А мне бы этого не хотелось.

И потому я тайком выскользнула из душного зала на просторную, крытую веранду с мраморными колонами. За нею раскидывался сад, утопающий в ночной темноте.

Я вдохнула свежий воздух полной грудью, жалея, что нельзя ослабить шнуровку корсета. Щеки мои пылали после множества танцев и духоты. Я наслаждалась одиночеством и тишиной, пока за моей спиной торжественно гремела музыка, когда уловила слева от себя тихие шаги.

Развернулась и чуть ли не врезалась лицом в грудь улыбчивому графу Перовскому. Я тут же отскочила назад, на безопасное расстояние, обратив внимание, что мужчина зачем-то пытался меня удержать.