Книга Ловушка для защитника миров, страница 81 – Антонина Штир

— Потрясающее приключение вышло, правда? — тараторила она по дороге, то и дело хватая его за рукав. — А помнишь, как стибраксы принюхивались к шашлыку? А как вождь кланялся нам и восторженно ахал? А как мы ели мясо, а стибраксы на нас глазели?

— Ты меня извини, — прервал её излияния Рейнольд, — но мне совсем не хочется вспоминать вчерашнее. Я мечтаю принять ванну с тобой, а потом целовать, гладить, ласкать твоё тело, пока ты не попросишь пощады.

Ми взглянула на него, подмигнула правым глазом.

— Интересные у Вас планы, товарищ Рейнольд. Мне нравится.

Перед тем, как скользнуть в портал, Мия убрала дым над вулканом, а огонь в корзине и сам угас, не найдя себе пищи. Рейнольд бросил последний взгляд на Эрнатон: солнце бросало оранжевый отблеск на джунгли, реку и деревню стибраксов внизу. Счастье рвалось из него, как закипевшее молоко из кастрюли, и даже то, что Мия сделала основную часть работы, не умаляло его радости. Сбылась его мечта: он только что спас свой первый мир!

Мия

Я выпала из портала, потому что никак не могла устоять на месте: постоянно пританцовывала, радуясь, что всё получилось. Рейнольд тоже радовался и впервые на моей памяти улыбался во все тридцать два зуба, или сколько их там у ахтари. Мы сделали это: мы спасли мир!

Если бы мне кто-нибудь сказал, что я стану супергероиней и буду спасать миры, я бы ему не поверила. Впрочем, супергероиня — это громко сказано. Я всего лишь чуточку помогла стибраксам, и моя магия может не так уж много.

— Давай скорей в Зал наблюдений, — крикнула я Рейнольду на бегу. — Хочу посмотреть, изменился ли цвет пузыря.

Опрометью пронеслась по коридору, с трудом притормозив у нужной двери, вошла внутрь, ища глазами пузырь. Фиолетовый. Он должен быть фиолетовый.

И пузырь приобретает… барабанная дробь… фиолетовый цвет!

— Ура! Ура! Ура! Рейнольд, мы его спасли! Стибраксы выживут!

— Конечно, выживут, Ми. А ты сомневалась?

Он сгрёб меня в охапку, приподнял над полом и закружил по залу. Сегодня он почему-то не жаловался на мой вес, поворачивался легко и свободно, словно я была пушинкой.

— У кого-то прибавилось сил, кажется, — высказала вслух я.

— Пойдём к тебе или ко мне? Помнишь, что я обещал тебе на Эрнатоне?

— Кто о чём, а хромой о клюшке, — упрекнула я, но на самом деле мне нравилось повышенное внимание со стороны Рейнольда.

На этот раз мы выбрали его спальню и не выходили оттуда так долго, что Чудику пришлось погреметь кастрюлями на кухне, чтобы мы прервались. Голодные как волки, мы спустились вниз, я нарезала салат на скорую руку из огурцов и помидоров и пожарила картошку из бабушкиных запасов — спасибо папе, что заставил взять.

— Это блюдо какое-то новое, — с интересом разглядывая золотистые ломтики, сказал Рейнольд. — Как, ты говоришь, называется?

— Картошка. Просто жареная картошка, или картофель, или картофан.

— Столько названий для одного продукта? — удивился Рейни.

— Просто мы, русские, без картошки жить не можем. Есть пословица: картошка — второй хлеб. Мы едим её почти каждый день.

— Для ахтари, наверное, роль картошки раньше играли кабороны. Такие круглые фрукты, как апельсины, только ярко-голубые. Жаль, что ты не можешь их попробовать.

— Пока не могу, — согласилась я, — но, кажется, у меня ещё есть шанс.