Книга Вернуть истинную, страница 156 – Сандра Лав

— Тебе ничего не угрожает рядом со мной, сказал он твёрдо, и в его голосе не было ни капли сомнения.

Я сама понимаю это, но страх жил во мне. Зажмурившись, я взяла его ладонь, прижимая её к своей щеке, чтобы почувствовать его тепло, его присутствие. Это помогало.

— Это было зимой, когда я была очень маленькая, начала я, сглотнув, чувствуя, как предательские слёзы уже обжигают глаза, готовые хлынуть в любой момент.

Голос дрожал, каждое слово давалось с неимоверным трудом, словно я вытаскивала его из самой глубины души, где оно хранилось под тяжестью боли и страха.

— Мы ехали в карете вместе с родителями в замок к тёте.Я остановилась, собираясь с силами.

Холодный воздух, скрип полозьев, метель за окном – эти образы всплывали перед глазами, причиняя новую волну боли. Я чувствую, как сердце стучит где-то в горле, готовое вырваться наружу. Но я должна была рассказать. Для него.

Для себя.

Я снова сглотнула, пытаясь протолкнуть комок, мешавший дышать. Украдкой взглянула на Хьюго.

Его лицо было напряжено, желваки ходили на скулах, а взгляд, которым он впился в меня, был таким внимательным, таким пронзительным, что казалось, он видит меня насквозь, читает все мои самые потаённые кошмары.

От этой интенсивности мне стало ещё страшнее.

Шмыгнув носом, слова застыли в горле. Как рассказать об этом? Как снова пережить тот ужас, который преследовал меня все эти годы, не давая дышать, не давая жить?

— Родители, они не хотели этой поездки, я отвернулась от него, не решаясь смотреть ему в глаза, ведь я не знала, как он отреагирует.

— Но они не могли перечить ей. Она позвала, разве могли они отказаться? Её приглашение было сродни приказу.

Дрожь пробегает по телу, я стараюсь её унять.

— Мы заехали в чащу леса, я заставила себя продолжить, голос становился всё тише, прерывистее, словно нить, которая вот-вот оборвётся.

Каждый звук, каждый шорох из прошлого казался сейчас оглушительным. Лес вокруг кареты словно сгустился, стал враждебным, таящим неведомую угрозу. Я помню, как за окном мелькали деревья, их голые ветви казались костлявыми пальцами, тянущимися к нам…

— Была сильная метель, такая, что ничего не было видно дальше вытянутой руки, мой голос дрожит.

— Снег валил стеной, заметая дорогу. Папа вышел проверить, можно ли ехать дальше, только зря он это сделал.

Первая слеза всё-таки скатилась по щеке, горячая, обжигающая, словно капля раскалённого металла. Она была мокрой, солёной, как и все те слёзы, что я выплакала с тех пор.

— На нас напала стая диких волков, Хьюго, это слово, волки застряло у меня в горле, вызывая новый приступ дрожи, словно ледяной коготь впился в моё сердце.

Я подняла на него полный ужаса взгляд, пытаясь передать ему весь тот первобытный страх, который до сих пор преследовал меня.

— Кровожадных и ужасных. Они никого не оставили в живых.

Я зажмурилась, пытаясь оттолкнуть образы, но они были слишком яркими.

— Мама схватила меня и бежала, пока папа пытался их остановить, защитить нас. Но ничего не вышло. Их было слишком много. Я слышала его крики, его отчаянный рёв, смешанный с предсмертным воем. Голос сорвался, и я чувствую, как новая волна слёз обрушилась на меня.

— Сквозь глубокий снег было так тяжело бежать, мы споткнулись и упали с мамой прямо в сугроб. А потом, потом я видела, как они…