Книга Сквозь огонь и кровь: Путь к истинной, страница 53 – Сандра Лав

Ведьма сунула мне листок. Её пальцы дрожали от гнева, когда я взял его в руки.

— Грубиян, ненавижу, как же я тебя ненавижу, читая это, я не мог не усмехнуться. Внутри меня разгоралось странное, почти порочное удовлетворение от того, что я вызвал у неё такие сильные эмоции.

Я резко встал, ощущая, как напряжение между нами нарастает, заполняя пространство, делая воздух тяжелым.

Она дёрнулась, когда я подошёл ближе, и мне пришлось наклониться, чтобы заглянуть в её глаза. Она была намного меньше меня, и в этот момент я в полной мере почувствовал свою физическую доминацию. Её взгляд был полон ярости и вызова.

Она упрямо смотрела мне в лицо, даже дышать, похоже, перестала, её грудь почти не вздымалась

— Можешь не волноваться, мышка, произнёс я, стараясь сделать голос как можно более насмешливым, чтобы её слова о ненависти не задели меня.

— Ведь я тебя ненавижу вдвойне, и так будет всегда.

Я указал на свою метку, ощущая, как она пульсирует под кожей, как напоминание о нашей связи.

Это было странное чувство.

Её глаза расширились, а я завис, смотря на то, как вздымается её грудь, обтянутая платьем. Щеки красные, губы поджаты.

Стало интересно, какой у неё был голос. Отбросил эти мысли. Ещё не хватало смотреть на неё с интересом. Я не хотел показывать слабость, не хотел позволить себе увлечься ею, ведь это означало бы поддаться её влиянию.

В воздухе витала напряжённая, почти осязаемая тишина, наполненная невысказанными словами и бушующими эмоциями.

Мы продолжали смотреть друг на друга, словно в безмолвном поединке.

Она была полна эмоций — от злости до отчаяния, и я чувствовал их, как свои собственные.

— От девки отойди, ты её пугаешь, вмешалась старуха, закрывая собой мышку. Мэдисон продолжала смотреть на меня, и в один момент моё сердце сжалось, но я решил не обращать на это внимания, отбрасывая эту секундную слабость.

— Пусть боится, я сильнее нее, и будь уверена, я доведу дело до конца, предупреждающе взглянул я на мышонка, и в ее глазах мелькнул страх. Ведьма стала вновь что-то писать, вызывая интерес к себе. Ещё ни одна такого не была достойна. Моё внимание надо заслужить, а она делает это просто, даже, когда молчит. Это злит, как же злит, что ведусь на неё. Ведусь, ведь самому интересно, что она предпримет дальше.

Мэдисон

Мысли путались, когда я хотела сказать ему всё, что думаю. Как он может себя так вести? Ужасный мужчина, которого мне послали. Его взгляд мешал, ведь он смотрел так, словно в душу заглядывает, а это смущает до дрожи.

Сглотнув, я сунула ему листок, чтобы он понимал и знал, что у меня тоже есть чувства, что он не имеет права говорить такое мне.

Он усмехнулся, с прищуром в своих глазах, взглянув на меня.

— Думаешь, мне это интересно? Он сжал листочек, скомкал его и выкинул на пол. Моё возмущение отразилось на лице, ведь как он может так поступать?

Я зло взглянула на него, закрывая глаза, чтобы не расплакаться при нём.

Стала писать снова, показала ему, как заметила, как он озверел.

— Ты ни о ком думать не способен, кроме себя, было написано мною.

— Не думаю, значит? Он оскалился, загоняя меня в ловушку. Я столкнулась со столом, когда он встал напротив меня, перекрывая путь к отступлению. Бабушка Ирма не вмешивалась, лишь смотрела на нас, и я не понимала, почему она не помогает, вдруг он что-то сделает? Сердце колотилось в груди.