Книга Любовь вопреки запретам, страница 134 – Сандра Лав

— Любимая я здесь, прорычал я, мой голос вибрировал.

— Все закончилось, шептал я, осматривая остальных.

— Что с ведьмами, спросил я Майка, который с волнением все это время смотрел на нас.

— Бирона поймали, остальные погибли от атаки Мишель, я сглотнул, слабо кивая головой.

Вновь взглянул на Мишель, она часто дышала, прижимаясь ко мне.

— Я думал, что сдохну прямо там, в воде, если не увижу, как ты открываешь глаза. Просто перестану бороться, потому что без тебя этот мир — мне не нужен. Только у нас все наладилось, я не мог тебя потерять любимая.

Я прижался своим лбом к её лбу. Наши дыхания смешались, становясь одним на двоих.

— Я слишком боюсь тебя потерять, Мишель. Один раз я это почти пережил, второй.. Третьего я не вынесу. Слышишь? Никогда больше не смей так рисковать собой. Ты — это моя жизнь. Единственная причина, по которой я всё еще человек, а не зверь.

— Вальтер,вас нужно осмотреть. Майк попытался подойти ближе, его голос был полон тревоги, но я лишь оскалился.

Внутри меня все еще бушевал зверь, готовый перегрызть глотку любому, кто попытается разлучить нас хотя бы на секунду.

Я скривился от резкой боли в ребрах, но поднялся на ноги единым, мощным рывком. Мишель же была у меня на руках. Она обвила мою шею руками и уткнулась лицом в изгиб моего плеча, и это доверие, эта беззащитность моей воительницы.

— Сейчас, дорогая. Сейчас всё закончится, шептал я, едва переставляя свинцовые ноги. Каждый шаг отдавался звоном в голове, но я шел, не чувствуя земли под собой.

— Неси в главный дом, в мою спальню, продиктовала она, и в её слабом голосе снова прорезались нотки правительницы.

Я лишь короткими, жадными поцелуями касался её волос, виска, лба. Ведьмы, столпившиеся на пути, расступались перед нами. Мой взгляд, тяжелый и обещающий смерть любому, кто встанет на пути, остудил даже самых ярых ненавистников оборотней.

— Её комната на втором этаже, Жозефина быстро зашагала впереди, указывая путь и открывая тяжелые двери.

— Горячей воды! Живо! Купель, чистую одежду, еду и лекаря — немедленно сюда! Моих воинов — в казарму, накормить, они заслужили. Майк, принимай командование, разбирайся со всем остальным. Я не выйду из этой комнаты и не подпущу к ней никого, пока не буду уверен, что с моей женщиной всё в порядке!

Я переступил порог её спальни, и дверь за нами захлопнулась, отсекая весь мир.

Не отпускал её ни на секунду, впитывая её слабое дыхание, её тепло, которое постепенно возвращалось. Теперь, когда мы были одни, я позволил себе закрыть глаза и просто почувствовать: она здесь. Она дышит. Она моя. И ни боги, ни враги, ни сама смерть больше не посмеют встать между нами.

Я едва дотащил нас до кресла у камина и буквально рухнул в него, чувствуя, как подкашиваются колени. Мир вокруг качался, перед глазами плыли серые тени, но я не выпускал её.

Мои легкие со свистом выталкивали воздух, каждый вдох отдавался колющей болью, но я не мог остановиться — я покрывал её лицо, виски, мокрые губы лихорадочными поцелуями. Хотел убедиться, что кожа теплая, что пульс бьется под моими губами, что она здесь, в безопасности, а не там, в бездонной ледяной пасти моря.

Её руки судорожно сжимали мои плечи, пальцы впивались в кожу сквозь мокрую одежду, словно она боялась, что я растворюсь, стоит ей ослабить хватку. Я издал глухой, надрывный рык, больше похожий на стон, и замер, зарывшись лицом в её шею. Я вдыхал её запах.