Книга Любовь вопреки запретам, страница 42 – Сандра Лав

Я с рычанием откинул его от себя. Он пролетел пару метров и рухнул на землю. Я медленно повел шеей, слыша отчетливый хруст позвонков.

В этот момент мой взгляд случайно наткнулся на Мишель. Она стояла неподалеку, бледная, её глаза были расширены от удивления. И в этом взгляде было то, что заставило моё сердце сжаться.

Я резко рванул на себе чертову рубаху, пуговицы разлетелись в разные стороны, со звонком. Да, это было безумие. Драться на приеме. Но вызов был брошен. И я не могу его проигнорировать. Все его знают, все почитают, и все склоняются.

Саймон поднялся с пола медленно, сплевывая кровь на землю. Его лицо исказила кривая, безумная ухмылка — он всё еще верил в свою удачу, или просто был слишком глуп, чтобы вовремя отступить.

— Вальтер, что здесь происходит? Что случилось? — раздался встревоженный голос Гаса. Он дернулся было вперед, пытаясь остановить безумие, но тяжелая рука Майка легла ему на плечо.

— Оставь их, Гас. Ему бросили вызов, твердо отрезал Майк.

— Ты же знаешь правила. Никто не имеет права вмешиваться, пока один не упадет.

Я же в этот момент ничего не слышал, кроме оглушительного стука собственного сердца. Я буквально прожигал Симона взглядом, пытаясь понять: неужели он настолько не дорожит своей никчемной жизнью? Неужели он действительно возомнил, что может тягаться с тем, кто прошел через ад?

— Пора свергнуть того, кто считает себя всемогущим! — взревел Саймон и кинулся на меня.

Битва была на голых руках — честная, грубая, первобытная. До первого падения.

Саймон врезался в меня всем телом, надеясь сбить с ног, повалить, раздавить своей массой. Но он не учел главного: я был не просто больше и сильнее. Я был выкован из стали и ярости.

Я стоял, не шелохнувшись, принимая его удар на себя, чувствуя, как его кости едва не трещат при столкновении с моим телом. Я не спешил его валить. Нет, это было бы слишком милосердно. Он хотел драки? Он хотел почувствовать мою силу? Он её получит — до последней капли.

Он продолжал наносить удары — хаотичные, отчаянные, почти жалкие. Для стороннего наблюдателя это могло показаться яростной атакой.

Каждый его выпад лишь подчеркивал пропасть между нами.

Саймон задыхается от собственной злобы, как пот катится по его лицу, и это зрелище вызывало лишь брезгливость.

Я перестал просто стоять. Мой первый ответный удар был коротким и резким, точно в челюсть. Я физически ощутил, как под моими костяшками хрустнула его кожа, как голова Саймона дернулась назад с неестественной силой. В следующее мгновение я добавил еще один — наотмашь, «разукрашивая» его холеное лицо кровавыми полосами.

Но этого было мало. Мне нужно было выбить из него не только дурь, но и сам дух.

Я шагнул в его личное пространство, туда, где пахло страхом, и нанес сокрушительный удар в бок. Мой кулак вошел в его ребра. Я почувствовал, как его грудная клетка содрогнулась под моим напором.

Саймон издал надрывный, сухой хрип. Его глаза округлились. Он явно не ожидал, что моя мощь окажется настолько сильной. Настолько беспощадной.

Он согнулся пополам, хватая ртом воздух.

На мгновение, прямо в разгаре этого нелепого натиска, мой взгляд метнулся в сторону. Там, среди застывших гостей, стояла Мишель.

Она замерла, почти не дыша, её пальцы судорожно вцепились в подол платья. Рядом её наставница что-то настойчиво шептала ей на ухо, но Мишель оставалась непреклонной, словно завороженная.