Книга Любовь вопреки запретам, страница 49 – Сандра Лав

Я волнуюсь за нее, все-таки волнуюсь. Сглотнул, пожирая ее глазами.

Мишель не понимала, что происходит. Её взгляд, блуждал, не в силах сфокусироваться на моём лице. Она смотрела сквозь меня, потерянная в хаосе боли и шока. Я сглотнул горький ком в горле. Вид её беспомощности, этой несвойственной ей хрупкости, полоснул по моему сердцу

Новый взрыв сотряс землю совсем рядом. Раскаленный воздух обдал нас жаром и гарью. Я не раздумывал ни секунды. С рыком я накрыл её своим телом, буквально вминая в землю, пряча её голову, всё её существо под собой.

Когда грохот немного утих и на смену ему пришел тяжелый шелест оседающей пыли, я поднял её. Я осторожно взял её голову, наклоняясь так близко, что чувствовал её прерывистое, слабое дыхание на своих губах.

— Мишель, мой голос сорвался, превратившись в едва слышный, отчаянный шепот.

— Смотри на меня. Только на меня. Тряс ее, чтобы пришла в себя, чтобы перестала смотреть таким безжизненным взглядом от которого мурашки шли по спине.

Я всматривался в её затуманенные глаза, ища в них ту искру, ту силу, которую так ненавидел и которой так жаждал. Она стала кашлять, протирая свои глаза. Ее волосы растрепались, мы были в пыли и грязи.

Мишель стала кашлять, я прижал ее к груди, давая возможность прийти в себя.

Облегченно вздохнул, прижавшись к ее макушке, пытаясь самому успокоиться. Едкий дым щипал веки, вокруг стонали выжившие, пытаясь подняться из-под обломков. Заметил Майка в стороне, который был хмурее тучи.

Отстранился от Мишель, серьезно взглянув на нее.

— Ты цела, кричу я сквозь шум, ее глаза округлились, наконец понимая, что произошло. Она вздрогнула, стоило мне наклониться к ней.

— А теперь послушай меня внимательно, мой голос превратился в низкий, вибрирующий рык.

— Живо в укрытие. Поняла? Только попробуй мне воспротивиться, и я клянусь, я сам тебя туда затащу.

Мишель, придя в себя, с силой оттолкнула мои руки. Она пошатнулась, и на мгновение в её глазах мелькнул первобытный страх перед моей яростью, но она тут же спрятала его за маской высокомерия. Она выпрямилась, несмотря на то, что её заметно поводило в сторону.

— Не тебе мне указывать! — прошипела она.

Я зловеще усмехнулся. Внутри меня всё клокотало от невыносимой смеси страха за неё и бешеного раздражения.

Церемонии закончились. Одним резким, властным рывком я снова притянул её к себе, сминая её в своих стальных объятиях.

Она вздрогнула, охнула, и её ладони тут же уперлись мне в грудь, пытаясь создать хоть какую-то дистанцию. Но я только сильнее сжал руки, чувствуя, как под моими пальцами бешено колотится её пульс.

— Я ясно сказал тебе, что делать Мишель. Но ты как всегда игнорируешь все мои приказы. Времени у меня мало, но я в упор продолжаю смотреть на нее, хотя должен уже быть в рядах защитниках.

Она замерла. Её взгляд, встретившись с моим, на мгновение стал абсолютно неподвижным. Я на секунду зажмурился, позволяя себе эту крошечную, запретную слабость — просто чувствовать её близость.

Её запах ударил в голову. В этот миг я ненавидел её за упрямство так же сильно, как хотел защитить.

— Нет, я никуда не уйду, её голос дрожал, но в нём звенела сталь.

Я оскалился. Последняя капля терпения испарилась, сгорая в пламени моего гнева.

— Уйдешь, твою мать, прорычал я, она скривилась на этих словах.