Книга Собеседование, страница 120 – Крис Юэн

Харрис хоть и не думала, что от этого будет прок, все равно собиралась согласиться, но ее рация зашипела.

— Дежурный. – В этот раз голос женский. – Поступило сообщение о подозрительном транспортном средстве, запаркованом на Чипсайде недалеко от станции «Собор Святого Павла».

Харрис зажала кнопку и переглянулась с Терри. Сообщения о подозрительных транспортных средствах поступали каждую смену. И почти всегда это оканчивалось ничем. Но Харрис, как всякий полицейский, работала и жила, осознавая, что следующая террористическая атака может случиться в любой момент и в любом месте. И вечер выходного дня так же опасен, как и все прочие.

— Принято.

Она развернулась и потрусила через дорогу, прижимая рацию к бронежилету. Они могли срезать через Патерностер-сквер и быть на месте через пять минут.

Но она не забыла о Лудгейт-Хилл, 55. Тэрри был прав: очень странно, что за стойкой не было охранника.

— Дежурный, переведите меня на Поттса, – попросила она на бегу.

— Он на другой линии.

— Тогда передайте ему сообщение: скажите, что мне нужен номер Лудгейт-Хилла, 55. Я не про телефон ресепшен. Туда мы звонили. Я хочу поговорить с владельцами здания.

Суббота, 00:13

Я спустилась где-то на метр, когда меня настигла паника. Руки помертвели и ослабли. Перевязанная рука плохо удерживала веревку, и та слишком быстро проскальзывала через тормозное устройство. Я врезалась в бетонную стену. Ноги беспомощно искали опоры. Чудом прекратила скользить вниз и зависла, вцепившись в веревку и упираясь ногами в стену. Я прислонилась лбом к веревке. Мои костяшки белели в полумраке. Руки горели. Веревка немного скользнула вверх. Я взвизгнула и посмотрела на свои болтающиеся ноги.

Зря.

Вот чуть ниже заканчивается веревка, а дальше – сотни метров пустоты. Над моей головой раздался громкий скрип. Я посмотрела вверх. Сердце заколотилось. Это перетиралась о край веревка? Это ломался карабин? Назад пути не было. У меня никогда в жизни не получилось бы вытянуть себя обратно: слишком слабая хватка и слишком мало сил. И времени.

— Давай, Кейт, – прошипела я.

Не переставая дрожать всем телом, я стала неумело шагать вниз. Веревка резала мне ладони, колени тряслись, пальцы ног свело от напряжения. Я остановилась. Сглотнула. И продолжила спуск.

Чтобы не сойти с ума от страха, я стала думать о Марке. О его голосе в телефонной трубке и о том, какое это невозможное чудо, что он жив. Потом мне вспомнилось, как он врал и как дал мне жить пятнадцать месяцев с мыслью, что он мертв, и из глубины души вынырнула жаркая злость. Я любила его, но в ту минуту это не мешало мне его еще и ненавидеть. Потом мои мысли перескочили на Люка, на пустые от страха глаза, которыми он смотрел на меня из лифта, и во рту появился привкус желчи.

— Давай, Кейт, шевелись.

Нога опять сорвалась. С криком я вцепилась в веревку мертвой хваткой. Я лягалась. Меня разворачивало и прокручивало. Я нашла опору. И продолжила спуск. Мучительно, сантиметр за сантиметром, веревка с шумом проходила сквозь тормозное устройство, пока наконец я не приблизилась к отверстию над реверсом дверей подо мной. Я пыталась нащупать ногами край выемки. До светящейся ручки оставался примерно метр. Веревка в моих руках мелко задрожала. Скуля от усталости, я опустилась еще немного. Теперь я оказалась примерно напротив центра верхней панели двери. Покрепче сжав веревку там, где она выходила из тормозного устройства, я разжала вторую руку и попробовала схватиться за ручку. Промахнулась. Меня повело по кругу. Я врезалась корпусом в двери. Попробовала еще раз, еще раз и снова промахнулась. В голове била в барабаны паника. Я вцепилась в веревку двумя руками, обвязка больно врезалась мне в бока. И посмотрела вниз. Горло перехватило от ужаса. Я не могла заставить себя отнять руку от веревки. Но моя правая нога была совсем близко к ручке. Я думала, что дотянусь. Вытянувшись, я попыталась пнуть ее. Не получилось. Мне не хватало пары сантиметров. Я стиснула зубы и выпустила еще несколько сантиметров веревки. Меня развернуло спиной к дверям. В животе как будто образовалась невесомость. Трясущиеся руки едва не выпустили веревку. Локти все еще болели и не желали принимать на себя вес с тех пор, как Джоэль заломил мне за спину руки. Все суставы будто кричали от боли. Лягаясь и барахтаясь, я наконец смогла развернуться к дверям лицом. Напрягла пресс и, используя ноги, раскачалась, как маятник. Вытянутыми пальцами ног я сумела достать до ручки. От моего пинка она отскочила в сторону.