Онлайн книга «Искатель, 2007 № 09»
|
Чащоба, через которую они продирались, постепенно поредела. Земля под ногами выровнялась, стало меньше оврагов и заболоченных распадков. Туман втянулся в одному ему ведомые норы и дупла, и лес вдруг сделался прозрачным, утратив всю свою мрачную таинственность. Сухостои и буреломы нехотя уступали место полянам с желтыми брызгами одуванчиков на бодро зеленеющей траве; в сплошной облачной пелене над головой стали появляться просветы, сквозь которые неуверенно выглядывало солнце. Судя по наклону лучей, прорывающихся сквозь тучи, было что-то около полудня. А Ахону-то уж мнилось, что скоро вечер… Ахон понемногу расслабился и зашагал вперед чуть бодрее. Полчаса прошли без приключений, а потом Стик, будто невзначай, запустил руку под плащ, и Ахон увидел еще один арбалетный болт — копию того, которым Стик прикончил волка. На этот раз Ахон успел разглядеть его получше. Болт был черен как сажа и почему-то казался донельзя холодным. Повертев его в толстых, как сардельки, пальцах, Стик, не замедляя шага и даже почти не повернув головы, резко выбросил в сторону левую руку. Болт черным росчерком рассек воздух и глухо ударил в ствол молодого дубка, пришпилив к нему большую птицу. Серого дятла. В первое мгновение, Ахон самую малость растерялся от неожиданной выходки спутника. Перемены, произошедшие с лесом, и определенные намеки на улучшение погоды подействовали на него успокаивающе, и он уже начал надеяться, что все неприятные сюрпризы остались позади. И вот на тебе! Не снижая темпа, Стик резко повернул и направился прямиком к дереву, на стволе которого беззвучно билась пробитая болтом птица. Ахон уже не удивился тому, что, без всякого сомнения, убитый дятел и не думал испускать дух, а совсем наоборот — долбил клювом и яростно скреб когтями кору, будто пытаясь выдернуть болт и освободиться. Птица выглядела гораздо приличнее давешнего волка, и Ахон с интересом рассматривал еще одного Стража. Дятел как дятел — чистые перья, блестящие бусинки черных глаз, крепкий клюв… Ровным счетом ничего необычного. Увидишь такого и ни за что не подумаешь, что перед тобой не обычная птица, а Страж Храма! — Вот, значит, как… — разглядывая дятла, раздумчиво произнес Стик и, обернувшись на Ахона, спросил: — Видал? Ахон молча пожал плечами. Видать-то он видал, да вот только что это все значит? Оценив по выражению лица реакцию собеседника, Стик усмехнулся и снова извлек на свет божий знакомый уже Ахону сосуд. Стик встряхнул склянку, и дятел, перестав терзать ствол, вдруг замер, неестественно вывернул голову и, широко раскрыв клюв, яростно зашипел — совсем не по-птичьи, скорее уж по-змеиному. Ахон, оторопев, отступил на шаг. Стик снова усмехнулся и, вытащив пробку, быстро капнул на голову дятла Небесной Росы. Шипение птицы сменилось резанувшим нервы скрежетом, который, впрочем, оборвался, едва зазвучав. Голова дятла, а следом за ней и все тельце птицы на глазах почернело, раздулось и лопнуло, разлетелось облачком густой жирной сажи. Повеяло жаром, пахнуло болотной затхлостью и горелой плотью. Зрелище было не из приятных, но больше всего Ахона поразило то, что вместе с птицей рассыпался в прах и пришпиливший ее арбалетный болт. — К-кто это был? — запнувшись, спросил Ахон, не спуская глаз с черного пятна на стволе дуба. |