Онлайн книга «Искатель, 2007 № 10»
|
— Ну что? — спросил я. — Надеюсь, она не замешана в каком-нибудь убийстве? Глядя на удрученное лицо Антонио, я вполне мог об этом подумать. Неужели Лугетти прав и его жена действительно… — Странно, — буркнул Антонио. — Нет, в убийствах она не замешана. Но она… — Что? — спросил я нетерпеливо. — Не убийство, так грабеж? — О чем ты говоришь, Джузеппе? — возмутился Антонио. — Почтенная женщина! Ладно, смотри сам… Только не думаю, что эта информация тебе что-нибудь скажет. Он перекинул мне через стол два листка, и я пробежал взглядом распечатку. Стандартные данные при заполнении полицейской анкеты, ничего для меня нового. Зачем на нее анкету заполняли? Что она все-таки… Нет, не привлекалась, даже свидетелем не проходила ни по одному делу. Тогда почему… Ага, вот, на второй странице. Исчезновение Джанджакомо Гатти. Дело открыто 2 февраля нынешнего года. В том самом месяце, когда супруги поругались и Лючия покинула семейное гнездышко. Ну и что? После этого — не значит… Кто такой Гатти? Ни слова. Открыто дело об исчезновении. Если открыто и если Лючия с этим делом связана, здесь должно быть сказано — каким образом. Возможно, она проходила как свидетель. Нет, выше написано… И больше — до конца страницы — о Гатти никаких упоминаний. Что все это… — Что это значит? — спросил я. — Кто такой Гатти? И при чем здесь синьора Лугетти, как это оказалось в ее деле, если она не проходила ни свидетелем, ни… — Послушай, Джузеппе, — нервно потирая кончики пальцев, произнес Антонио. Почему-то он не на меня смотрел и даже не на экран компьютера, а в какую-то точку на потолке, которая так же была связана с его мыслями, как Лючия Лугетти-Сингарелли с исчезнувшим синьором Гатти. — Я тебе скажу… Все равно ты ничего не раскопаешь, потому что, во-первых, там копать некуда, а во-вторых, наши уже копали, дело — полный пшик… Какое отношение к Гатти имеет твоя клиентка, я не знаю, может, имеет, может — нет. В досье это, как видишь, упомянуто, но есть ли тут какой-то смысл… — Ты можешь не говорить загадками? — придав голосу усталый оттенок («Как все это мне надоело, сейчас бы бутылочку пива…»), сказал я. — Если можешь что-то сказать — говори. Не можешь — не стану настаивать… — Не в этом проблема! — воскликнул Антонио и повернулся наконец ко мне всем корпусом. — От этого Джанджакомо Гатти только имя и осталось — причем, возможно, лишь в этом досье и нигде больше. Я могу проверить ради спортивного интереса, но не хочется опять влезать в эту тягомотину, она мне столько нервов попортила… И я не уверен, что если опять затребую информацию о синьоре Лугетти… Ладно, проведу эксперимент. Он кивнул самому себе, и пальцы его начали выстукивать на клавиатуре то ли Шопена, то ли Листа, а может, «Неаполитанскую тарантеллу» Россини. Даже не взглянув на текст, возникший на экране, Антонио потянулся к принтеру, с урчанием выбросившему два листа бумаги, и передал их мне, закрыв, как мне показалось, глаза, чтобы ненароком не взглянуть на то, что получилось. — Ну? — спросил он. — То же самое, естественно, — сказал я с недоумением. Естественно, то же самое — что могло измениться в полицейском досье? — Гатти… — Ну да, — кивнул я. — Дело об исчезновении Джанджакомо Гатти, открыто… Так ты не ответил на вопрос: кто такой Гатти и какое отношение к его исчезновению имеет синьора Лугетти, если ее даже свидетельницей не вызывали? |