Книга Постовой, страница 47 – Роман Путилов

— Сорок восемь.

— Выглядите вы хорошо, я думал, что сорок три. Я не пьяных подбираю, а провожаю домой поддатых главных ревизоров Госбанка.

Борис Александрович сделал серьезное лицо:

— Во, главных ревизоров!

— Через двадцать пять лет, Борис Александрович, когда я достигну вашего возраста, я не планирую подбирать пьяных на улице, я займусь чем-нибудь более интересным.

— Молодец!

— Вот у вас интересная работа?

Банкир задумался:

— Ты знаешь, для меня интересная. Вот сейчас мы готовим материал по растрате. Работница кассиром работает в магазине «Ученик». Знаешь, наверное? Он там, на углу находится. Молодая деваха, после института, а такую глупость делает. У меня, среди прочих, под началом двадцать человек кассиров, они выручку, которую привозят инкассаторы из торговых точек, пересчитывают, снова упаковывают и под своей подписью сдают в хранилище. Ну параллельно ветхие деньги из оборота выводят, на уничтожение готовят… О чем это я? А, вспомнил! Денег много, вручную такие суммы пересчитывать тяжело, работа сложная и ответственная, легко ошибиться. И вот пошли жалобы, что в пачках из хранилища, которые поступают на предприятия, одной-двух купюр не хватает.

Выяснили, что кассир один и тот же, перепроверили ее работу. Оказалось, что она халатно пересчитывает деньги, сошлось — не сошлось, ставит, что в упаковке сто штук банкнот и расписывается. Когда мы ее вызвали, она плакала, обещала, что больше так не будет, но мы, естественно, расстались. В таком месте держать нельзя ненадежного работника. Потом стали проверять, откуда неполные пачки поступают, выявили пачку из «Ученика», с недостачей пятирублевой купюры. Теперь надо еще два раза при понятых это зафиксировать, и можно будет материал в ОБХСС отправлять для возбуждения уголовного дела. Ну как, интересная работа?

— Не знаю, Борис Александрович, — я задумался: — Наверное, интересная. Да только очень муторная.

— Вот тут ты прав, — он по-дружески хлопнул меня по плечу, — ну все, мы уже пришли. Спасибо, дальше меня провожать не надо, а то жена расстроится.

— Как скажете, Борис Александрович. Надеюсь, в подъезде с вами ничего не случится. А можно к вам с просьбой небольшой обратиться?

— Ну, давай свою просьбу небольшую. Хочешь на работу устроиться?

— Нет, я о другом. Вы все равно материал в ОБХСС передавать будете?

— Ну.

— А вы не против, если я вашей информацией воспользуюсь, да «раскручу» кассиршу из «Ученика»? Себе «палку» сделаю и вам будет проще, если она во всем признается, не надо пачки при понятых пересчитывать.

— Забавно будет, если у тебя это получится. Ты вряд ли понимаешь нашу специфику работы с финансами.

— Так вы ничего не теряете. Если у меня получится, то материалы все равно к вам придут для подтверждения. Вот вы и узнаете, справился я или нет. Как вы сказали, фамилия кассирши этой?

Борис Александрович заржал:

— Я не говорил ее фамилию! Ладно, скажу фамилию — Белова. Давай, удачи тебе и результатов.

— Спасибо на добром слове, — откланялся я и пошел разыскивать возвращающегося с ужина напарника.

На следующий день вечерний развод прошел как обычно. Дежурный зачитал сводку, потом началось выступление заместителя начальника по строевой:

— Товарищи, хочу довести до вас результаты работы наружных служб, особенно роты ППС. Я весьма недоволен. Процент раскрытий уличных преступлений в этом месяце упал по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на двадцать процентов. Если в ближайшее время результаты не изменятся, будут приниматься самые жесткие меры. Громов!