Книга Квартирник, страница 34 – Роман Путилов

У переходного моста клубилась небольшая толпа, преобразовываясь в небольшую очередь. Сначала я решил, что какой-то мужик торгует семечками, ловко размахивая мерным стаканчиком на большим мешком из коричневой дерюги, но подойдя поближе я понял, что предметом торговли были отнюдь не семечки. Мешок был наполнен на две трети различными изделиями из хрусталя — конфетчицами, розетками для варенья, какими — то салатницами и вазочками. Предметы вожделения граждан были навалены вповалку, некоторые имели отбитые края или трещины, на что мужик быстро скидывал цену, изначально далеко не магазинную.

— Так граждане, торговля ворованным барахлом закончена — кто купил похищенное у государства — предъявите документы — я не успел закончить фразу, как остался стоять один — на один с продавцом, вокруг нас никого не было, граждане предпочли наблюдать за развитием событий с дистанции не менее пятнадцати метров, чтобы я не успел их догнать.

— Вы товарищ от какой организации торгуете? — кинул я наживку.

— Э-э, от ОРСа номер три — в, вмиг ставших скорбными, глазах мужчины с мешком зажегся огонек надежды.

— Где документы на товар?

— Так, товарищ начальник, документы все у товароведа. Мы же, с самого утра, с машины торгуем, а потом машина сломалась. Вот товаровед с водителем и поехали машину чинить, а меня оставили. Тут же последний мешок остался, ну мне и сказали — Кузьмич, продай быстренько, пока мы машину чиним, больно ловко у тебя получается. Ну я и остался. Вы бы товарищ милиционер отошли, а то всех покупателей распугали, а мне же план выполнять — начал маленько наглеть приободрившийся «Кузьмич».

— Сколько товара продали?

— Так это, с утра три мешка было.

— А ОРС ваш где находиться, а то мне надо позвонить, проверить.

— ОРС наш находиться в Трясинном — отправил меня в один из райцентров области передовик советской торговли.

Я представил грузовик, скачущий по асфальту, а в кузове бьются в осколки три мешка из-под картошки, полных дефицитного хрусталя в обнимку с похмельным Кузьмичом — даже для дикой советской торговли это был перебор.

— Ага. А паспорт то у вас с собой, товарищ?

Серые глазки «Кузьмича» забегали, наверное, мужик решал, в какую сторону рвануть на рекорд, но, очевидно, жадность перевесила и из кармана темно-зеленых брюк был извлечен документ в томно-бордовом коленкоре, с золотистым гербом.

Я только сверил оригинал с фото, после чего сунул документ уже в свой карман и, не глядя на продавца двинулся в сторону РОВД:

— За мной следуйте, гражданин.

За моей спиной горестно звякнули вазочки и салатницы, потом крякнул мужик, вскинув на спину мешок, и наша процессия двинулась на правеж.

Кузьмич оказался не «Кузьмичом», а вовсе даже Петровичем, проживал он в Городе, но место работы говорить категорически отказался, уверяя меня, что он находиться в начале увлекательного пути по оформлению второй группы инвалидности, а продаваемые им предметы кухонной утвари являются наследством, доставшимся от любимой бабушки, которая недавно скончалась в Северном районе, и всю свою долгую жизнь посвятила собирательству и коллекционированию предметов из хрусталя. На мое недоумение по поводу торговли от системы Организации рабочего снабжения номер три, мне был дан твердый и честный ответ, что я не представился, поэтому робкий наследник решил, что он подвергся нападению со стороны бандитов. Наслышанный о привокзальной мафии, наследник решил, что государственную собственность банда отбирать постесняется.