Книга Квартирник, страница 36 – Роман Путилов

Продолжая обдумывать начинающийся складываться в голове план дальнейших действий, я поблагодарил майора за чай и двинулся к выходу. Ни трех своих «товарищей», которые сейчас навалились на задержанного мной мужика, так как рапорт о задержании я дописывать не стал, так и бросив его на столе, возле Близнюка, ни начальство уголовного розыска, сегодня видеть я не хотел. Мужика с явно ворованной посудой доставил? Доставил. Этот факт мои коллеги отвергнуть не смогут, значить работу выполнил. А то что в раскрытие хрусталя меня не запишут, в этом я даже не сомневался. Пусть себя, всех троих, в журнал раскрытий вписывают, ведь Бог заповедовал делится.

Плохой

На утреннем разводе понедельника не было ни Близнюка, ни Громова. Начальник розыска грозно вздыбил усы и велел передать обоим, что как только появятся, чтобы стразу предстали перед ним. До обеда мы с напарником поиграли на компьютере, покурили и поехали по домам обедать. Близнюк появился около четырех часов пополудни, в состоянии, которое я бы назвал, как абстинентный синдром, во всяком случае, мой дядюшка, после выходных, так называл свое состояние. Бравый капитан милиции наощупь нашел стул и осторожно опустился на него, не обращая внимание на наши призывы поскорее зайти к начальнику. Просидев полчаса в полном оцепенении, он осторожно встал и вышел из кабинета, чтобы вернуться через пять минут с чуть порозовевшим лицом, после чего притянул к себе городской телефон и стал обзванивать коллег из СИЗО, ИВС и ИТУ, с одним вопросом:

— Брат, выручай, срочно надо что-то по моему району…Очень надо, буду должен.

Старший опер открывал глаза только когда была необходимость найти в записной книжке очередной телефонный номер и неверной рукой закрутить его на прозрачном диске. В остальное время он старался не шевелиться, не открывать глаза, и даже, казалось, не дышать.

И в это время в кабинет ввалился Громов, таща на прицепе какого-то мужика с громко дребезжащим мешком. Услыхав звон стекла, глаза Близнюка, на мгновение вспыхнули яркими звездочками надежды, он, собравшись с силами, преодолел себя, встал и сделав два шага, заглянул в мешок. Наверное, несчастный алкаш надеялся, что Дед Мороз притащил ему мешок бутылок к пивом. Увидев в мешке всего лишь хрустальную посуду, капитан отшатнулся и нетвердой походкой вернулся на место. Громов положил на стол какие-то бумаги, что-то спросил у Близнюка о здоровье, но услышав о том, что его посылали за вещами с квартирных краж, а не за всякой ерундой, послал старшего опера к его маме, кинув тому, почти в лицо, свой рапорт и вышел из кабинета. Потом полтора часа длилась комедия характеров. Наш босс самоустранился, выйдя из кабинета и исчезнув в неизвестном направлении. Мой напарник красиво пуская дымные колечки и глубокомысленно отхлебывая чай из кружки, делал вид, что он страшный опер, запугивал мужика блатхатами, противоестественными половыми актами и прочими нехорошими излишествами, а мужик, быстро успокоившись, лениво отбрехался, делая вид, что боится. Около восемнадцати часов я нашел нашего босса в кабинете начальника розыска. Близнюк маленько порозовел и даже улыбался, в кабинете стоял легкий аромат коньяка, а на приставном столе располагалось блюдце с парой карамелек.