Книга Сельский стражник, страница 52 – Роман Путилов

— Ну? — Миша попытался оттолкнуть меня, но я был его потяжелей, поэтому на пару шагов отшатнулся он, а я полез в салон, где молча скрючился раненый Третий.

— Браток, дай, я посмотрю, что у тебя там случилось…- я, разговаривая, как с маленьким ребенком, сумел преодолеть сопротивление Третьего и пытался разглядеть хоть что-то в тусклом свете салонной лампочки.

Я когда-то читал, что ранение во внутреннюю сторону бедра может привести почти к мгновенной смерти из-за проходящей там артерии. Дыра в джинсах Третьего обильно кровила, вся внутренняя часть штанины матово блестела от пропитавшей ее свежей крови.

— Аптечку ищите. — я вытащил из кармана нож, который таскал постоянно, как последний шанс, и начал резать американскую ткань.

Если Третий и имел возражения за варварское обращение с дорогой импортной вещью, то сил высказать их он уже не имел. Лицо его было бледное, глаза полуприкрыты, и, как говорится, больной сильно потел перед… Я выругался, в последний момент не успев проговорить концовку неуместного, в этой ситуации анекдота.

Из-за моего плеча появилась черная коробка с большим красным крестом, после чего господа опера отступили на шаг, сведя свою роль в спасении товарища к сочувственному сопению.

Я разрезал штанину Третьего по всей длине, перетянул, как мог, сиреневым резиновым, посыпанным тальком, жгутом бедро выше раны, после чего плеснул на рану минеральной воды из найденной в салоне бутылки, типа, как бы, промыл, после чего начал осторожно бинтовать ногу пострадавшего.

— Так, один садится парню в ноги и помогает держать ноги как можно выше, а второй из вас садится вперед, к Демону, он подвинется. И, давайте, быстро, решайте, кто с кем едет и надо валить отсюда, пока менты не приехали и нас не повязали. — пытался отмыть руки остатками воды из бутылки, а эти двое все тупили, не могли решиться, кому в какую дверь залезать.

— Мы в больницу братана отвезти можем? — спросил я у отражения Максима в зеркале заднего вида.

— Ты чё⁈ Ни в коем случае! Нас же повяжут сразу. — всполошился Макс.

— Значит домой везем…

— Домой тоже нельзя, у Семы мама сердечница, она сразу приступ схватит! — схватился за голову Максим: — Что, сука, делать⁈

— Я говорю, что Семена ко мне везем…- я крутил баранку, стараясь не трясти машину. Кровь, вроде, стала сочиться гораздо медленнее, но я ни разу не Айболит, и я не знаю, помог ли мой жгут, или у несчастного Степана уже вся кровь из организма вытекла.

— Кстати…- я повернулся к, сидящему в обнимку с Демоном, Мише, который испуганно посмотрел на меня, выглядывая из-за туши пса, который не захотел ложиться на резиновый коврик на полу и вынудил Мишу делить кресло с собакой.

— Кстати, говорю один раз. — я бросал на Мишу очень недобрые взгляды: — Я машину сдал назад, в кусты, иначе бы, половина дома срисовала, в какую машину порезанного загрузили. Вы же номера на машине не меняли?

Миша осторожно помотал головой.

— Поэтому, будь любезен, в следующий раз за языком следи…- я посчитал инцидент исчерпанным и сосредоточился на дороге.

В наш дом Степана я затащил один, не хотел, чтобы Миша с Максимом видели, кто в этом деле занят подсудным делом, оказывая криминальную медицинскую помощь при подозрительном ранении вне стен больницы. А парни уехали своим ходом, хотя Миша, усевшийся за руль, умудрился пару раз заглохнуть посреди улицы.