Онлайн книга «Недвижимость»
|
Под кроватью наркомана препротивно пахло мочой, липким потом и рвотой, да и ощущение было такое, что местная уборщица брезгует протирать участок пола, на котором я сейчас лежал. Судя по звукам, «сестрички» ворвались в палату Наглого, озадачились и пошли проверять остальные помещения отделения травматологии, постепенно приближаясь к моему убежищу. Наконец напротив моих глаз появились две пары стройных щиколоток, обутых в черные туфли-лодочки. — Ничего не понимаю. — лягнул замок в петлях двери, и девицы попятились, опасаясь приближаться к моему логову: — Куда он мог деться? — Наверное, услышал нас, и спустился вниз, а сейчас уже поднялся в нейрохирургию. — отозвалась вторая девица: — Пошли, поищем этого хитреца у меня, но я, убей Бог, не помню у себя никого с костылями. Заодно тортиком тебя угощу, с дня рождения Аркадия Павловича осталось пара кусочков. Я не стал больше испытывать судьбу, дождался, когда шаги охотниц на мою тушку затихли, и почти бегом покинул больницу, очень надеясь, что мне больше не придется пробираться сюда тайком. Город. Территория садового товарищества. Домик Громова. Разбудил меня настойчивый лай собак — я метнулся к окошку, осторожно выглянул из-за шторки и увидел, что за забором стоят мои родители. Решив, что пора постепенно «выздоравливать», я подхватил костыли, и медленно, подволакивая ноги, двинулся открывать калитку. Описывать радость самых близких людей я не буду, не хватит для этого никаких слов. А я испытывал только стыд, оттого что так долго держал их в неведении, что я способен встать со своей опостылевшей уже инвалидной коляски. Надеюсь, что они выполнят свое обещание и не будут делиться своей радостью со всеми родственниками и знакомыми. Проводив родителей, которые привезли сыночку и его питомцам все необходимое для жизни, я принялся разбирать чистую одежду, что отдавал на постирку в родительский дом, так как новенькая стиральная машина «Бош» справлялась с этим делом куда ловчее меня, и тут из стопки футболок вывалился конверт заказного письма, адресованного на мое имя. На месте адреса отправителя красовался фиолетовый штамп налоговой инспекции Заречного района. Очевидно, что мама с папой, увидев стоящего на подрагивающих ногах, сына, безмерно обрадовались и забыли про письмо мытарей. А мы сейчас его почитаем, почитаем, чем меня хотят огорчить… Вот честное слово, если бы имел больное сердце, точно бы умер снова от отпечатанной в налоговом уведомлении суммы налога. Я даже три раза пересчитал нули, пока уверился, что глаза меня не обманывают. Только запирая калитку, я понял, что от злости дотащил до границы участка свою инвалидную коляску одной рукой. Н-да, неудобно вышло, надеюсь, что никакие любопытные глаза не наблюдали за, внезапно ожившим, инвалидом. Я плюхнулся в жесткое сиденье и воровато оглянулся. Но, лето было в самом разгаре, и густая листва надежно прятала мой прокол от любопытных взглядов. Сунув письмо под седалище, я, бормоча ругательства на налоговые органы, покатился в сторону правления садоводства. — Пиво где? — сурово взглянул на меня из окна похмельный сторож. — Вечером зайдешь, «стопарик» налью. — посулил я: — Не зли меня, дядя Вова, я сегодня очень расстроен — мне налоговая «письмо счастья» прислала. |