Онлайн книга «Опасные манипуляции 2»
|
— А потом? — А потом я думал всё. Как-то ты мне в первый раз не понравилась. Какая то резкая через чур, конкретная не по-женски. А потом, через день, меня что-то торкнуло. Поехал в твой универ, нашел твою группу, увидел тебя… Ты какая-то маленькая стояла, потерянная, и резкости в тебе не было. Ну вот, я понял, не знаю как, что ты мне нужна. Дождался, когда у тебя последний экзамен закончился и встретил у выхода. — Ты что, в деканате мной интересовался? — Зачем в деканате? Пробил по базе в компьютере, кто живет в твоей квартире, узнал твою фамилию, факультет ты мне сама сказала. А у вас на факультете столько объявлений и приказов вывешено, что узнать твою группу и ее расписание вообще не вопрос… — А откуда у тебя фамилия? — Жемчужный? Прадед был цыган, от него фамилия. — Хорошая фамилия, если замуж позовёшь, пожалуй, соглашусь. — Считай, уже позвал… — Нет, зови, как положено, с кольцом, цветами, а я подумаю… Я девушка не ветреная и строгого воспитания. — Договорились, буду готовиться, побреюсь, в баню схожу. Но у меня к тебе тоже вопрос. Я после нашей первой встречи, в дневное время, за тот забор заглядывал, там все истоптано, перерыто. Не знаешь, что там могли искать? — Не знаю, я ничего там не искала… — Опять начинаешь. Ладно, рассказываю дальше. Ножик тот выкован вручную, металл очень странный. Лезвие не заточено, острый только конец клинка. На лезвии и рукоятке руны… — Ты специалист по рунам? — Не смешно. Я ездил в научно-техническую областную библиотеку. Поднял кучу монографий. Из рун с ножа нашёл только «смерть» и «душа», остальные научному сообществу не известны. А нож называется атам. Им колбасу не режут, потому что лезвие тупое. Как мои коллеги им умудрились сало порезать, я не знаю. Кстати, тебе от них нижайший поклон. Их выписали, после твоего средства за два дня выздоровели. Так вот, нож служит только для принесения кого-то в жертву, больше не для чего. Интересно, правда? — Интересно, но не гляди так на меня. Я тебя не обманула, про нож мне, действительно, ничего не было известно. Надеюсь, что дней через десять я смогу тебе все рассказать, обещаю. — Вопрос не в твоих тайнах. Вопрос в твоей безопасности. — Я никуда поздно без тебя ходить не буду. А с тобой, если что, ведь ты меня защитишь? — Счастье моё, ты слышала, что Кеннеди убили? Если я не знаю, от кого или чего тебя защищать, как я могу тебя защитить? — Никто не знает, что я здесь. Через несколько дней я разберусь и все расскажу тебе. Потом мы вместе решим проблему. — Ладно, надеюсь… Да, разговор дался мне нелегко. Теперь необходимо за несколько дней подготовить моего защитника к восприятию информации, кто я есть, и что представляют из себя мои родственники. Но это только в том случае, если я действительно собираюсь выходить за него замуж. Если это мой временный попутчик, в чьей квартире я просто укрылась на время, тогда естественно ничего о себе говорить Николаю не стоит, будут только проблемы. На следующий день я поставила в уголок за холодильником блюдце с молоком и положила рядом конфету. На холодильник поставила сделанный из коры и сухой травы оберег в виде домового. Ужиная, Николай, заметив блюдце, спросил: — Котёнка завела или мышей подманиваешь? — Домового завести хочу. |