Книга Опасные манипуляции 3, страница 48 – Роман Путилов

— Стой, сука — он снова догнал весело хихикающую женщину: — Дай противоядие. Дай, я знаю, у тебя оно есть.

— Отстань, Сережа, что за глупости, ты же завтра опять будешь просить прощения.

— Просить прощения? — Сергей рванул от из рук, не ожидающей ничего подобного Элизы, дамскую сумочку и открыв ее, вывернул все содержимое на землю. Элиза, с криком «Подонок, недоносок», бросилась к своему имуществу, но была остановлена какой-то штукой, которую Сергей Ренатович сунул в лицо своей подружке. Мне показалось, что это было что-то вреде пистолета.

Старший лейтенант милиции наклонился к земле, удерживая вооруженной рукой испуганную женщину на расстоянии, но тут его повело вниз, и Бес упал на колени.

Он шарил по земле, перебирая разбросанные бутыльки и флакончики, тубы с губной помада, потом схватил какой-то обрывок бумаги и поднес к глазам:

— Прости меня… Сука, это мое письмо! Ты еще полгода назад это задумала!

— Нет, я ничего не задумывала. Просто в последние дни ты достал меня своим нытьем. Ты слабак, Сережа….

— Эля, дай противоядие!

— Сережа, я его выпила — носок туфельки коснулся пузырька, который она якобы запивала таблетку: — Ты иди в питомник, приляг, я тебе через два часа привезу противоядие, у меня все дома есть.

— Я с тобой поеду!

— Нет, Сережа, это не возможно. У меня дома папа, он ругаться будет. Все, я пошла.

Элиза торопливо пошла в мою сторону.

— Элиза стой, ты без меня не пойдешь!

Женщина, продолжала идти, улыбаясь.

— Элиза, я выстрелю!

Элиза напряглась, но продолжала идти. Потом ее глаза в изумлении округлились, она увидела стоящих за углом склада меня и Никсона. Девушка открыла рот, чтобы крикнуть, начала поворачиваться к своему бывшему, и в этот момент, Сережа, который стоя на коленях, был вынужден опереться на левую руку, так ему стало плохо, нажал на спусковой крючок. Три выстрела, затем пауза. Я упал на бок и вытолкнул себя из-за угла склада. Элиза, повернувшись к своему бывшему, еще стояла на ногах. Сергей Ренатович, по-прежнему, на четвереньках, держал ее на прицеле. Увидев меня, он удивился, стал опускать ствол своего оружия, но не успел. А я успел.

Элиза, лежала на спине и смотрела на меня. Крови на ней не было, во всяком случае, я ее не видел. Она смотрела на меня и улыбалась. Я ухватился за ворот форменного кителя и потащил нетяжелую девушку поближе к Бесу. Тот лежал без движения, на коленях, в позе эмбриона, только правая рука, с каким — то самопальным револьвером, была вытянута вперед.

Я склонился над тревожно глядящей на меня ведьмой.

— Вас, же, нечисть, не так просто убить, правда? И три пули в живот для тебя не очень опасны, да? Не волнуйся, я сейчас все исправлю.

— Помнишь его? — я подтащил рычащего поодаль Никсона за шиворот, поближе, чтобы Элиза могла увидеть пса: — Ты его маме сказала съесть всех своих детей. А он случайно выжил. Он попросил меня тебя убить, и я это сделаю. Кстати, за Серегу Кувшинова не волнуйся, у него, в отличие от тебя, все будет хорошо. Я живу, скажем так, с твоей коллегой, она его вылечит. Прощай.

Элиза попыталась отползти подальше, но туфельки бессильно скользили по покрытой прошлогодней листвой земле, а в руках сил не было. Я взял тяжелую кисть Беса и совместил ствол с распахнутыми в панике глазами ведьмы.