Онлайн книга «Опасные манипуляции 3»
|
— Милая, я что- то пропустил? — Пока ты дрых, меня тут чуть не изнасиловали — бодро доложили с верхней полки. — Ты это серьезно? — я, от неожиданности подскочил, чуть не разбив голову о край столика. Оказалось, что пока я безответственно спал, забив о своем долге милиционера и мужчины, в наш вагон проникла группа нетрезвых призывников, пытающихся скрасить свои последние дни вне казармы поиском приключений на свой афедрон. Увидев молодую блондинку, в одиночку, читающую книга в таком опасном месте, как плацкартный вагон поезда, мчащегося по простором шахтерского края, будущие защитники Родины поняли, что они могут стать защитниками здесь и сейчас. Попытка узнать имя подзащитной встретило с ее стороны ничем не спровоцированный грубый отказ не только представиться, но даже проследовать в тамбур под охраной своих защитников, с целью покурить и поближе узнать друг — друга. Когда один из рыцарей грубой девицы, пытаясь донести до недотроги жар своего любящего сердца, сунул руку под простынь и деликатно ухватил барышню за коленку, за что тут же получил острым уголком книги в голову. Когда воин попытался схватить непонятливую дуру, не имеющую представления о куртуазном общении, то беда пришла откуда не ждали — острые зубы Никсона впились в мясистый большой палец призывника, соблазнительно торчащий из переплетения левой сандалии. От криков уводимого товарищами пострадавшего я и проснулся. Посчитав инцидент исчерпанным, я побрел в сторону туалета, чтобы сполоснуть лицо и привести себя в порядок. Каково было мое разочарование, когда вернувшись к своему отсеку, я обнаружил, что эпопея с защитниками Родины еще не пришла к своему логическому завершения. В нашем отсеке вновь стоял звучали мужские голоса, обстановка была вновь накалена. Невысокий прапорщик в фуражки с околышем черного бархата, подпрыгивая от возмущения, что-то агрессивно доказывал Людмиле, высокий сержант, судя по ушитости ХБ и стрелке на спине, относившийся к «дедам», старательно пытался пнуть сапогом забившегося за рундук щенка, который мог только грозно щелкать зубами, не способными прокусить крепкие носки отечественной «кирзы». Сзади разошедшихся вояк подпирала парочка гражданских, один из которых щеголял перебинтованным большим пальцем ноги, с пышным марлевым бантом, наверное, это был пострадавший призывник. Наверное, сержант умудрился удачно попасть в Никсона, потому что щенок громко взвизгнул от боли. Обрадоваться удачному удару старослужащий не успел — тяжелый носок моего ботинка точно впечатался ему в поясничный отдел, что отбросило «дедушку» Российской армии в мою постель, откуда он молча пучил глаза, как глубоководная рыба из передачи «Мир рыбалки». Случайно, от души, наступив на перевязанный палец, я оттолкнул гражданскую молодежь в сторону, я схватил прапорщика за форменную рубаху. Военный был крепким парнем, судя по эмблеме, танкистом, но изъятая у призывного контингента, и уничтоженная сивуха о нарушила координацию и не давала ему шансов. Пострадавший второй раз призывник, шипя и заметно прихрамывая, припадая на ногу, быстро перебирал ногами в сторону тамбура, поддерживаемый своим товарищем. Сержант, очевидно давно не получавший «люлей», растерянно молчал, продолжая возлегать на МОЕЙ простыне. Прапорщик, продолжая вырываться, давился фразами, типа «Пусти, шпак…» |