Книга Опасные манипуляции 4, страница 73 – Роман Путилов

Боец, скуля, отскочил от меня, а потом, все трое, еле перебирая ногами, как-то резко засобирались — подхватили своего, все еще не разогнувшегося товарища и, подпирая друг друга телами, потащились в сторону автомобиля.

Сыто закрылись двери дорогой машины, она, мигнув фарами, проехала несколько метров вперед, потом остановилась. На огромных задних фонарях вспыхнули белые огни заднего хода, и огромная корма машины неумолима покатилась к нам с Николаем, распластанным на асфальте и не имеющих сил отползти в сторону.

— Бах- яркая вспышка осветила темный двор, и заднее, тонированное стекло джипа мгновенно стало белым из-за множества покрывших его микротрещин.

— Бах! — на конце вытянутой руки моего мужа расцвел новый огненный цветок, раздался удар по металлу, а в салоне мгновенно затормозившей машины закричало несколько мужских голосов.

Тяжелая машина, оставив попытку прокатится по нашим тушкам, взревела мотором и выкатилась в узкий выезд, задев левым крылом, вкопанную в землю, металлическую трубу.

Минут пять я лежала и дышала сладким городским воздухом, который впервые после полученного удара смогла дышать. Потом Николай перевернулся на живот, и, со второй попытки, встал. Сзади за ним волочился, висящий на длинном, кожаном ремне, пристегнутый к поясу пистолет. Никсон, тяжело дыша, подбежал ко мне и, поскуливая, стал вылизывать мне щеку. Муж неуверенно, с третьей попытки засунул пистолет в кобуру, видно у него были отбиты руки, потом, пошатываясь, двинулся ко мне. Когда он попытался поднять меня, он охнул, на замерев в полусогнутом положении, широко расставив ноги, как будто боялся упасть на меня, из-под темных волос на серое от пыли лицо скользнула темная струйка крови.

— Стой, стань ровно, я сома, а то упадешь, я тебя не подниму. — я ухватилась та ткань безнадежно порванного пиджака и, как обезьянка по лиане, стала подтягиваться вверх, перехватывая на тянувшуюся ткань пиджака.

Через несколько секунд я встала, отдышалась и потащила своего трезвого, но шатающегося мужика домой.

Через шесть часов.

— Слушай, милая, это что было? — Николай смотрел на меня одним глазом второй основательно заплыл.

— Не знаю. — я, дождавшись, когда муж проснется, принесла с кухни «чудесный бальзам по рецепту матушки д, Артаньяна», начала осторожно накладывать его на опухшее лицо моего благоверного: — Это же тебя хотели утащить.

— Правда? — поразился муж: — Мне как-то очень быстро прилетело в голову

и я очень плохо помню, что там было.

— Слава Богам, соображал ты вчера быстро. — я откинулась назад, любуясь на плод моих стараний, жирным блеском покрывающем половину головы мужа: — Когда нас пытались переехать на машине, ты сразу стал стрелять, прострелил им заднее стекло, и они сбежали. Наволочку постарайся не замарать, мазь отмывается тяжело.

— а что за машина?

— Не знаю, большой, черный джип. Он, когда, метр до нас не доехав, затормозил, я у него на корме эмблему разглядела — веночек такой, а в нем щит пятиугольный в цветных, мелких прямоугольниках.

— Принеси телефон, пожалуйста, мне на работу надо позвонить, что я сегодня не приду.

— Я уже позвонила дежурному, он обещал начальству доложить, то ты в темноте упал в яму за домом и разбил голову.

— Какую яму? — забеспокоился Николай.