Книга До основанья, а затем…, страница 54 – Роман Путилов

Василий с чувством превосходства смотрит на своих незадачливых конкурентов, после чего с достоинством смотрит на спешащих мимо прохожих, не забывая при этом, выкатить на своей тележке наперерез зажиточному пешеходу, требовательно протягивая ему навстречу шапку с виднеющимися на дне монетами и купюрами.

Прохожий, чуть не столкнувшись с наглым инвалидом, торопливо лезет в карман, бросает в шапку монету и спешит прочь. И никаких скандалов, ибо все заинтересованные лица знают, что этот наглый безногий входит в шайку ветеранов, что поставила выгодный процесс сбора подаяния в столице на новую высоту. Не все было гладко. Все хлебные места в столице давно поделены, и наглые пришельцы, которые, к тому же, не соблюдали никакой договоренности, а просто занимали места, которые им нравились, после чего, без всякой причины, могли исчезнуть с этого места, зачастую навсегда ломали все существующие договоренности уважаемых людей.

Попытки наказать и изгнать инвалидов в военной форме силами местных нищих жестко и безжалостно пресекалась группами здоровяков с дубинами, которые, не вступая в разговоры, били побирушек так, что некоторые из них впервые в жизни получили настоящие увечья и переломы.

Когда к решению вопроса подключились жулики, попытка подрезать военных уродов была меткой стрельбой из стоящей рядом, неприметной коляски, а когда воры собрались, выставив пару десятков бойцов с огнестрельным оружием, на встречу с ними приехал страшный мужик, в офицерской куртке, с гуттаперчевой маской вместо лица и в черных очках слепого, но с пулеметом «максим» в телеге и изготовившимся с стрельбе расчетом, накрытым от посторонних глаз куском брезента. К атакам на пулемет воры оказались не готовы, а офицер с искусственным лицом пообещал им тотальную войну, поэтому сейчас членов шайки нищих «Ветеран» городской криминальный элемент старались не замечать. Не останавливаясь на достигнутом, военные нищеброды пошли дальше. Тележка с безногим ветераном могла заехать в «чистый» ресторан или модный магазин, и обрубок человека в серой шинели, медленно и с достоинством проезжая мимо столиков, требовательно тянул свою шапку к, замолчавшей от наглости, публике. Попытки швейцаров, официантов или приказчиков, выкинуть прочь потерявших все представления о приличиях хамов, обычно заканчивалась плохо. Нет, никто не въезжал в ресторан «Палкин» на телеге с пулеметом, не дай Бог. Просто, когда обидчики ветерана, после трудового дня двигались домой, их догоняли какие-то патриоты и больно били за обиду ветерану, а на прощание показывали нож или револьвер, обещая, что больше бить не будут. И поэтому, когда в следующий раз в шикарное заведение заезжала тележка инвалида, то, несмотря ни крики хозяина или метрдотеля, ни один халдей в сторону нарушителя спокойствия даже не смотрел.

Зачем такие сложности? Да, попрошайничество в «хлебном» месте приносило неплохой барыш, который вечером делился на всех коллег, что сидел на улице с протянутой рукой, и было приятным дополнением к денежному содержанию. Главной же задачей этих экзерсисов было становление скрытой системы наружного наблюдения отдела Народной милиции Адмиралтейской части. Кто подумает, что военный инвалид, сидящий на бойком месте Лиговского проспекта, не просто клянчит у прохожих копеечку или рублик, а внимательно наблюдает за зданием, где, к примеру, квартируется челядь и пристяж красноярского промышленника Носова Ильи Сергеевича, а бывший солдат Прохоров Василий внимательно следит за всеми входящими и выходящими из широких ворот штаб-квартиры Носова, за всеми грузами, что прибывают и убывают со склада, принадлежащего опасному купчине.