Книга Хроники пепельной весны. Магма ведьм, страница 20 – Анна Старобинец

— Ладно, что там с вашей ткачихой? – смягчилась Эльза.

— У нее идет кровь из кое-какого места!

— Ну так течка же у вас, чего вы как маленькие, – с облегчением ответила повитуха. – Овуляция называется! Слизь и кровь в такой период – нормально.

— У нее не так течет, как у всех! – пуча глаза, сообщила девка. – Очень много крови! Она сознание потеряла!

— Где она? – нахмурилась повитуха.

— Так на шелкопрядильной фабрике! Повалилась прямо на коконы! Все нити в крови измазала! Ты придешь?

— Хорошо. Беги обратно, а то замерзнешь. Я догоню…

Повитуха захлопнула дверь. Поплевала себе на ладони, обтерла их о подол. Покопалась в мензурках с толчеными грибами и травами, нашла кровоостанавливающее, накинула телогрейку.

— Ты чего стоишь-то? Иди домой. – Повитуха протянула Юлфе ее власяную накидку – дорогущую, из длинных, мягких волос, да еще и подбитую мурским шелком. – Иди и радуйся. Кто не рожает, тот живет дольше. Посмотри вон на меня.

Не прикоснувшись к накидке, Юлфа посмотрела в темное, морщинистое, похожее на шляпку сморщенного сушеного гриба лицо Эльзы. Повитуха была бездетной и очень древней старухой. Такой древней, что ей дозволялось обращаться на «ты» к знатным дамам. Такой древней, что старше ее никого уже не осталось в Чистых Холмах. Такой древней, что никто не знал точно, сколько ей лет, а сама она сбилась со счета: только помнила, что перевалило за пятьдесят.

Повитуха раздраженно тряхнула накидкой:

— Ну, бери! Одевайся.

— Я еще не ухожу, – сказала Юлфа. – У меня к тебе есть вопросы.

— Так меня же ткачиха ждет!

— Она безродная. Подождет.

— Как скажешь, Юлфа из рода Ледяных Лордов.

Голос повитухи звучал смиренно, но Юлфе показалось, что в бесстрастных, утопающих в дряблых кожистых складках выцветших глазах Эльзы мелькнула тень осуждения.

Повитуха никогда ее не любила. Не желала добра. Не сопереживала. Она сразу списала Юлфу со счетов – двадцать лет назад, после первой бесплодной течки. «Ты из рода Ледяных Лордов, – сказала она тогда. – Женщины твоего рода разучились иметь детей». Никогда эта старуха не верила, что Господь подарит Юлфе дитя. Никогда, в отличие от доктора Магнуса, не пыталась помочь. Может быть, повитуха сама же Юлфу и сглазила. Может быть, она вообще была ведьмой – то-то живет так долго.

— Расскажи мне, Эльза, много ли у моего мужа детей от безродных женщин?

— Так почем же мне знать? – растерялась Эльза. – У младенцев на лбу не написано, кто их безродных матерей пялил.

— Может, внешнее сходство…

— Да я ж не приглядываюсь. Мне главное – живым ребенка принять. И чтоб мать не померла… Так, чтоб наверняка от епископа, это только Анна рожала. А чего ты тревожишься? Они ведь не выжили. Да и если б кто нормальный родился и выжил – ему же не досталось бы ничего. Безродным деткам наследство не полагается.

— Дело не в наследстве.

— А в чем же?

— Тебе не понять.

— Да куда уж мне, Юлфа из рода Ледяных Лордов. Я могу уже идти? Там ткачиха с кровотечением…

— Пусть течет, – спокойно сказала Юлфа. – Расскажи, как ведьма рожала от моего мужа.

— Так ведь… я уже рассказывала.

— Расскажи еще раз. Мне сейчас как никогда необходимо освежить это в памяти.

— Это было три лета тому назад. Епископ сам за мной прибежал, когда у Анны отошли воды. И остался при ней на родах, вместе со мной. Очень ждал своего ребеночка…