Книга Хроники пепельной весны. Магма ведьм, страница 1 – Анна Старобинец

© Анна Старобинец

© ООО «Вимбо»

Кай взял в руки уголек и попытался сосредоточиться. Младенцы орали – надсадно и непрерывно. Даже если один ненадолго смолкал, захлебнувшись собственным криком, вопли другого становились еще пронзительней, словно он пытался голосить сразу за двоих. Мать качала обоих на руках и тихо напевала какую-то заунывную песню, а может, просто скулила.

Кай нагнулся и нарисовал большой черный круг на каменном полу церкви. Снова сверился с книгой и прочертил угольком вертикальную линию, разделяя окружность на две равные половины. Он впервые проводил ритуал (все близнецы за время его службы в Кальдерской церкви рождались мертвыми и не нуждались в обряде), но чувствовал себя довольно уверенно: «Магма ведьм» была снабжена весьма подробной инструкцией, а также наглядными иллюстрациями.

Он взял в руки священный плод и поместил в центр круга. Плод был, конечно, не натуральный – примитивная реплика из обожженной глины с нарочно отколотым с одной стороны кусочком и торчащей из верхушки вязальной спицей, имитирующей плодоножку. Кай сам его изготовил и освятил.

— Положи их в круг, – повелел он женщине. – Одного на левую половину, другого на правую.

— Как мне знать, который из младенцев должен быть слева, а какой справа? – Голос ее дрожал.

— Клади как хочешь, это не важно.

— Мне страшно, святой отец.

— Чего ты боишься, Марья, дочь Инги?

— Я боюсь, что положу малышей неправильно и Господь наш Джи из-за меня их перепутает.

Кай улыбнулся:

— Так не бывает. Господь никого не путает.

Женщина шмыгнула носом и положила орущих младенцев в круг.

После того как мать разместит новорожденных близнецов должным образом, служителю Церкви полагается вопросить об их истинной природе Того, Кто Знает Ответы на Все Вопросы. Вопросив, служитель должен взяться за плодоножку пальцами правой руки и придать священному плоду вращение, закрутив его со всей силой, какую даст ему на это благое дело Господь наш Джи. Тот младенец, к которому ближе окажется священная выемка плода, признается зачатым от сатанинского семени и лишенным души, ибо таков ответ Господа. Тот, к которому плод развернется целым и гладким боком, признается наделенным душой и зачатым от семени человечьего, ибо таков ответ Господа.

— О Господь, ответь: в ком дьяволово семя, а в ком человеческое? – перекрикивая вопли младенцев, вопросил Кай, после чего взялся за спицу правой рукой и крутанул священный плод так сильно, как только мог.

Когда глиняное яблоко остановилось и Великий Джи указал на того, в ком проросло семя дьяволово, диакон Кай позволил матери поцеловать дитя на прощание, хотя это было не принято.

— Сожгите все платья, которые она сшила. И все рубахи, белье… – епископ Сванур сухо закашлялся, – покрывала… скатерти… все… в костер!

— Вы это уже приказывали, владыка. Все сожжено, как вы и распорядились, три дня назад.

— Я помню, что я приказывал, Чен! По-твоему, я выжил из ума?!

Зря он повысил голос – от этого усилился кашель. Сотрясаясь в приступе, Сванур скрючился на постели. Тут же подоспела служанка Лея, приподняла его голову, сунула под подбородок медный немытый таз, но приступ в этот раз не перешел в рвоту. Больше нечем. Просто сухие спазмы. Эта тварь, эта бездушная нечисть высосала из него всю влагу, все жизненные соки до капли.