Книга Где рождается месть, страница 144 – Нана Рай

— Владлену было лет десять, когда вы развелись? – осторожно спрашивает Элина, когда молчание, прерываемое шуршанием фантиков и звуками мультфильма, доносящимися из гостиной, затягивается.

Алексей Борисович кивает.

— Простите, что лезу не в свое дело, – тут же смущается Элина. – Просто мне тяжело представить, что женщина с шизофренией могла воспитывать детей.

— А она и не воспитывала, – устало отвечает мужчина и чешет бороду. – Пока была жива моя мать, она ухаживала за Владиком и Володей, а после ее смерти… все усугубилось. И через год мы развелись. Потом мне пришлось водить детей к психотерапевту, потому что Эльвира… она… Суд лишил ее родительских прав. – Слова даются ему тяжело.

— Боже мой, я и не знала. – Маргарита ошеломленно качает головой. – Володя никогда не рассказывал.

— Да, – произносит Алексей Борисович. – Володя, Владик… Когда-то они были детьми, у которых была сумасшедшая мать и пропадающий на работе отец. – Он понуро опускает голову, но внезапно оживает. – А знаете, психотерапевт, к которому я водил мальчиков, обучал их, как справиться со страхами, и применял азы гипноза. Он еще мне говорил, что Владлен очень способный. Правда, кажется, потом он забросил это занятие.

Элина и Марго понимающе переглядываются.

— А что стало с Эльвирой? Неужели она так запросто вычеркнула вас из своей жизни?

Алексей Борисович переводит на Элину тяжелый взгляд, словно она судья, готовая вынести обвинительный приговор.

— Она не объявлялась восемь лет после развода. А потом я узнал, что Эля выбросилась из окна.

Элина опускает взгляд на темный чай в кружке.

Эля. Так мягко и нежно звучит ее имя, даже спустя столько лет. Эля. Женщина, которая ненавидела собственных детей. Женщина, страдавшая шизофренией. Роковая женщина.

И ребенок, проявляющий удивительные способности к гипнозу. А также безвольный мужчина, неспособный защитить своих детей.

Она хотела погрузиться в прошлое Владлена, чтобы найти его слабое место. Но не думала, что это будет так легко и в то же время так жутко.

— Знаете, а я ведь сама из Великогорска, не москвичка. Надеюсь, вас это не смущает? – Элина меняет тему разговора, и Алексей Борисович благодарно улыбается:

— Какая разница. Главное, чтобы человек был хороший.

Когда они выходят из дома, уже начинает темнеть.

— Уверена, что он не расскажет Владлену о нашем визите? – уточняет Элина, обхватывая себя за плечи. Дует по-осеннему прохладный ветер.

— Ты так мило его просила не выдавать наш секретный секрет, что не расскажет, – улыбается Марго.

Они подходят к машине, и она усаживает Олесю на заднее сиденье. Захлопывает дверь и поворачивается к Элине. Улыбка стирается с лица.

— Ну а в целом, что думаешь об их отце?

— Он похож на моего, – коротко отвечает Элина. – Мягкий добряк. Только мой спился, а Алексей Борисович, состарившись, погрузился в свой мир, где живут засохшие бабочки.

* * *

Двадцать лет назад

— Дурацкий рюкзак! – Володя сбрасывает портфель на пол и пинает его ногой.

Владлен толкает брата в коридор, чтобы не мешался, и с трудом поворачивает ключ в замочной скважине. В квартире необычайно тихо. Раньше к их приходу из школы пахло блинчиками и на кухне слышалось тихое мурлыканье бабушки.

Сейчас здесь тихо. Пахнет затхлостью. Давно не протирали пыль и не открывали окна. Отец продолжает приходить поздно вечером и уходить рано утром. Владлен подозревает, что дело не в работе. Просто он не хочет признать, что им нужна другая мама.