Книга Пионеры не умирают, страница 99 – Елена Булганова, Ольга Кудрявцева

Борис опешил от внезапного вопроса, вдруг на мгновение решив, что Димка может заподозрить его. Он ведь появился через пару минут после того, как табор ушел.

— Бегал.

— Светлана про тебя спрашивала, я сказал, что ты в сортире животом маешься, ведь ушел как раз перед тем, как все началось, – ухмыльнулся Дима, а Шварц покраснел – все же иногда Васильев бывал потрясающе неделикатен. – Советую тебе придерживаться этой версии, если Самурай снова начнет звать в свой кабинет высоких парней.

— Ладно, понял.

Вышла на порог медсестра и громко объявила:

— С Анатолием Арсентьевичем все будет хорошо! Небольшой ожог непонятного происхождения, его нужно отвезти в город, в больницу.

Вожатые и работники зашумели, обсуждая новость.

Только тут Борис заметил, что рядом с начальником лагеря стоит Иван Петрович, и они разговаривают, склонившись друг к другу. Он начал потихоньку отступать от ребят, чтобы потом подойти к сторожу, на правах приятеля узнать подробности и отдать заодно ключ от ворот. Но тут на друзей налетела Светлана Васильевна, обвила всех троих руками, как наседка – крыльями.

— Ребята, ну зачем вы сюда пришли?! Я чуть с ума не сошла, когда вас недосчиталась! Боря, как твой живот?

Шварц побагровел и закатил глаза.

— Нормально.

— Ну все, идемте в корпус к остальным ребятам! Не знаете, поймали кого-нибудь из хулиганов?

Боря удивился, что добрая девушка нашла такое мягкое определение для тех, кто явно преследовал непонятные и опасные для обитателей лагеря цели. Вряд ли кто-то стал бы устраивать такое мудреное представление ради обычного розыгрыша.

— Я сейчас, – сказал Борис. – Мне нужно отдать кое-что.

И, не дожидаясь разрешения, он пошагал к беседующим мужчинам и остановился в паре метров от них. Начальник лагеря и сторож хоть и стояли почти вплотную друг к другу, говорили отнюдь не шепотом, Шварц прекрасно слышал их и мотал на ус.

— В общем, решено, – весомо ронял каждое слово Самурай. – Я сегодня же еду в город. Придется дождаться машину с продуктами, поскольку Толя не сможет сесть за руль. Закину его в больницу, а потом прямиком пойду в профком института. Буду добиваться, чтобы лагерь закрыли в связи с несоответствием требованиям безопасности.

— Расскажете обо всех наших происшествиях? – спросил с живым интересом Иван Петрович.

— Я похож на дурака? Как-то неохота, чтобы подняли на смех. Знаете, стыдно говорить, но я отчасти надеялся, как ни дико это звучит… – Начальник лагеря весь как-то скривился и рубанул воздух крепко сжатым кулаком. – Если бы Анатолий получил ножевое ранение, я бы немедленно вызвал сюда милицию. Но ожог, нанесенный непонятным способом кем-то, скрытым под цыганскими шалями… В общем, буду давить на недоделки, коих в самом деле уйма, на близость болота, на опасность озера, которое только в купальнях удалось усмирить. Если не послушают в профкоме, пойду в горком. Дьявол, да я лучше партбилет положу на стол, но не допущу, чтобы сюда завозили вторую и третью смены! Эту, наверное, придется довести до конца, пока там наверху раскачаются. Всего неделя осталась. Убережем ребят?

Сторож пожал плечами – Боре показалось, что он не согласен с начальством, – но потом кивнул.

— Убережем, Сергей Сергеевич. Я лично буду наматывать круги по территории ночь напролет. Но ребятишек надо строго предупредить, чтобы после отбоя даже не высовывались из корпусов.