Книга Зимняя смерть в пионерском галстуке. Предыстория, страница 64 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

— Я тебе позже расскажу, – прошептал. – Хорошо?

И она кивнула, точно зная: обязательно расскажет. Придвинулась ближе, а Илья зацепил ее указательный палец своим, и словно разряд тока пробежал по нервам. В груди потеплело еще сильнее, даже в горле немного пересохло, и захотелось закрыть глаза, чтобы целиком окунуться в эти чувства и ощущения.

А кино? Да что там какое-то кино!

Оно закончилось, но сразу следом начался выпуск «Ну, погоди!».

— Кто сегодня по кухне дежурит? – негромко поинтересовался Руслан Юнирович, постучал по стеклу наручных часов. – Пора накрывать столы.

— Ну дайте хоть досмотреть! – возмутился Вова Васильев.

Марина Борисовна среагировала, скорее всего на автомате, проговорила саркастично:

— А не напомнишь ли, Владимир, кто совсем недавно говорил, что мультики – это для детсада, а вы тут все взрослые.

Еще и Бармута с Заветовым повернулись, посмотрели красноречиво. Васильев незаметно тронул браслет на запястье, послушно поднялся, пробормотал, обращаясь к Добрикову:

— Пойдем, Серый.

Однако далеко уйти им все же не удалось. Даже с десяток шагов сделать не успели, как лампочки, на прощание мигнув, погасли, а вместе с ними экран телевизора, и зал погрузился в кромешную темноту.

Первым опомнился Руслан Юнирович, поднялся, громыхнув стулом, воскликнул нарочито бодро:

— Так! Без паники! Всем оставаться на своих местах! Сейчас разберемся.

Глаза постепенно привыкали к отсутствию света. Мрак уже не казался настолько беспросветным, как поначалу. Если постараться, кое-что все-таки удавалось разглядеть, пусть и приблизительно. Но если не торопиться и тщательно проверять, что впереди, целенаправленно передвигаться вполне получалось.

Именно таким образом Руслан Юнирович и добрался до выключателей, нащупал их, пощелкал клавишами – безрезультатно.

— Похоже, электричества нет.

— Этого еще не хватало, – обреченно выдохнула Марина Борисовна.

— Может, пробки выбило? – предположил географ, но одной констатацией факта не ограничился, хмыкнул, произнес опять показательно оптимистично: – Интересно, где здесь щиток? Надо у тети Тони спросить. Или у Юсуфа Маратовича.

Лада, развернувшись к окну, раздвинула тяжелые шторы, и все убедились, что ближайшие фонари не горели. Да и остальные наверняка тоже. Правда, на улице темнота была еще менее плотной из-за снега, который, вбирая даже самые мизерные крупинки света, бледно сиял запредельно чистой белизной.

— Значит, дело все-таки не в щитке, – невесело определил Павел и тоже поднялся, подошел к другому окну и на нем отдернул штору на всю ширину, а затем на следующем.

В зале стало еще чуть-чуть посветлее, размытые, почти сливавшиеся с фоном силуэты выделились немного четче.

— А когда опять электричество включат? – раздались голоса. – Мы так и будем в темноте сидеть? Это, интересно, надолго?

— Мы же дискотеку хотели после ужина, – вспомнила Таня Каширина, поинтересовалась сердито: – И что теперь? Облом?

— А ужинать как?

«Кому что», – отметила про себя Лада, даже едва заметно улыбнулась, хотя на душе по-прежнему было неуютно и тревожно.

— Надо все-таки Юсуфа поискать, – заключил Руслан Юнирович. – С ним и разберемся, что тут на самом деле произошло. И может, все-таки получится наладить.

Сторож предсказуемо нашелся на кухне – помогал жене, подсвечивая пространство большим туристическим фонарем. Приготовить ужин она успела, но, когда внезапно выключился свет, от неожиданности едва не опрокинула стопку тарелок, которую как раз снимала со стеллажной полки.