Книга Зимняя смерть в пионерском галстуке. Предыстория, страница 88 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

— Да что произошло-то? Объясните уже нормально. – Но не остановившись и даже не замедлившись, а все так же стремительно шагая за мальчишками.

— Сейчас, сейчас объясним, – пообещал Бармута. – Только придем.

Сердце бешено колотилось. И самим идти не хотелось, совсем не хотелось. Вот бы вернуться в комнату, завалиться в кровать, моментально заснуть, а потом проснуться с твердым осознанием, что это был всего лишь сон. Жаль, как же жаль! Что так не получится.

Вот они и шли дальше, даже чуть ли не бежали. Потому как не представляли иного выхода и желали побыстрее разделить непосильную ответственность еще с кем-то, чтобы стало хоть немного легче.

Увидев неподвижно лежащего скрюченного Юсуфа, Павел побледнел, но не отступил. Наоборот, присел перед ним, попытался прощупать пульс, сначала на руке, потом на шее.

Мальчишки не сводили с него глаз, едва дышали, окрыленные надеждой, что, может, все-таки они рано поверили в худшее. Но Павел, обернувшись, помотал головой и сглотнул. И их второй раз беззвучно оглушило – до звона в ушах, до спазма в животе.

— А откуда вы узнали, что он здесь? – глухо поинтересовался он, распрямляясь. – Что вас вообще понесло в подвал, еще и в такую рань? – Сузил глаза. – Или… – протянул задумчиво, потом, на секунду зажмурившись и болезненно сморщив лицо, выдохнул: – Подождите! – пробормотал потрясенно: – Это вы? Вы с ним сотворили? Вы его…

— Нет! – не давая ему договорить, выкрикнул Жека, а затем они уже втроем заговорили, перебивая друг друга:

— Мы его проучить хотели. Наказать. Чтобы не лез не в свое дело. Чтобы не мешал.

— Ты же сам сказал, если что-то мешает, нужно от него избавиться, – заглянув Павлу в глаза, с многозначительным нажимом напомнил Бармута. – Убрать с пути.

— Ну знаете! – взмахнув руками, воскликнул Павел экспрессивно. – Убрать, да. Но не убить же! Вы что? Ничего подобного я не говорил. Мне такое даже в голову бы не пришло. – Он внезапно умолк, потом угрюмо и жалостливо посмотрел на мальчишек. – Вы хоть понимаете, чем это может для вас обернуться? – произнес с горечью.

— Да не собирались мы его убивать! – опять отчаянно заголосили мальчишки, все трое одновременно. – Только напугать. Говорим же, проучить, чтобы не лез. Мы его просто заперли. Просто заперли. А он… он сам. Мы честно не хотели, чтобы так.

— Да верю я вам! – перекрыв их сбивчивые бормотания, громко отчеканил Павел. – Верю! – Правда, после добавил: – Но… – Покачал головой. – Тут уже ничего не исправишь. Ни-че-го. Никаких вариантов. Всё очень плохо, ребят. Очень-очень плохо.

Да они и сами понимали. Ведь потому и позвали его.

— Па-аш. Ну ведь можно же что-то сделать? Ну что-то ведь можно? Па-аш.

Павел, закрыв глаза, с силой потер лицо ладонью, какое-то время скрывался за ней, ничего не делая и не говоря. А мальчишки по-прежнему неотрывно смотрели на него, разрываясь между безысходностью и надеждой, но до последнего тоже не переставая верить. Ему, в него.

И Павел не подвел. Сжал зубы, сделал глубокий вдох, такой, что даже толстая куртка не помешала заметить, как вздулась грудь, как приподнялись и опали плечи.

— Вам нужно спрятать его, – выдал осипло. – Чтоб не нашли. В подвале не оставишь, там же генератор. Кто-то да будет ходить, чтобы за соляркой следить, включать и выключать. Конечно, я могу. Но вдруг еще кто-то, и сразу наткнется. А так – пропал и пропал. – Мальчишки слушали его, затаив дыхание. – Может, сам ушел. Мало ли что ему в голову взбрело. Поэтому обязательно надо его отсюда убрать.