Книга Пионерская клятва на крови, страница 125 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

Тот, ошеломленный очередной новостью, не сразу нашелся что сказать, несколько секунд просто переваривал услышанное. Да и первая фраза сложилась как бы сама собой, почти автоматически:

— Я сейчас не могу, мне надо ребят в отряд отвести. – И лишь затем появились конкретные мысли: – Вы подойдите в лагере к Маше, – подсказал Коля милиционеру, но тут же исправился: – Марии Алексеевне. Она старшая вожатая. – И опять передумал. – Хотя нет. Лучше, наверное, к завхозу… Федору Дмитриевичу. Он все-таки мужчина, покрепче.

Собеседник согласился, сразу направился к напарнику, а Коля, чтобы не утонуть в потоке безрадостных размышлений, – к врачу, до сих пор возившемуся с Белянкиным.

— Как он? Так и не очнулся?

— Нет. – Тот помотал головой с не слишком воодушевленным выражением на лице. – Похоже, парнишка в коме. Но очевидных повреждений нет. Ни внешних, ни внутренних. Даже синяков и ссадин, как вон у тех. – Врач бросил взгляд в сторону Паши и Лёшки, затем опять повернулся к Коле. – Вероятно, что-то с мозгом. Кровоизлияние, например. Но я не спец, и без серьезного обследования не обойтись. И вообще, – добавил, распрямляясь, – будем надеяться на лучшее. Поэтому повезем его сразу в город, в областную. Родителям сообщите. Если что, пусть звонят туда, узнают. – И снова посмотрел на Лёшку, Пашу и Ингу. – А с остальными в принципе все в порядке. Исключительно боевые отметины. Но можем и их прихватить.

— Этих не надо, – отказался Коля. – Сами разберемся.

Генку уложили на носилки, понесли к поджидавшей у лагерных ворот машине скорой помощи, а остальных Коля, как и собирался, повел в отряд. Точнее, распорядился:

— Ну всё, идемте.

Инга, до того вроде бы без цели бродившая по поляне, вскинулась, воскликнула:

— Подождите.

Коля даже рассердился немного, поинтересовался сурово:

— В чем дело?

— Я тут потеряла кое-что, – ответила Инга.

— Что?

Она закусила губы, сосредоточенно наморщила лоб и лишь спустя какое-то время смущенно и чуть удивленно призналась:

— Не помню.

Что еще за фокусы? Вот от кого-кого, а от Малеевой Коля никак подобного не ожидал и просто каким-то чудом сдержался, чтобы хорошенько ее не отчитать.

— Инга, знаешь, вот совсем сейчас не до приколов, – проговорил с многозначительным нажимом и отрезал категорично, заранее отметая любые возражения: – Идем.

— Идем, – словно эхо, повторил за ним Лёшка Корнев, но с совершенно другими интонациями и смыслом, только этим двоим известным и понятным, и Инга больше не стала противиться, послушно направилась в сторону лагеря. Зато Паша так и остался стоять, будто не услышал.

Коля с подозрительностью посмотрел на него: неужели заупрямится? Заявит: «Никуда не пойду, пока вы мне не поверите». Ведь по-настоящему обиделся, что не приняли всерьез его сказочные объяснения. Но Паша ни слова не сказал, даже беглым взглядом никого не удостоил, все-таки тоже сдвинулся с места. Однако – Коля этого не заметил, – пройдя несколько шагов, обернулся, будто надеялся еще что-то увидеть.

Нет, не увидел: никаких знаков, никаких подтверждений. Но все равно Паша был твердо убежден: он не бредил и не сошел с ума, ему не почудилось и не приснилось.

Иногда человек действительно всего лишь орудие в руках неведомых сил. Но если очень постараться, если сильно захотеть, если не останавливаться и, несмотря ни на что, двигаться к цели, получится подчинить себе эти силы и стать гораздо большим, чем ты есть. Гораздо-гораздо большим, даже не сравнимым с остальными.