Книга Смерть в пионерском галстуке, страница 81 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

А если они тоже должны стать жертвами? А если их тоже – Ася не решилась даже мысленно произнести, – как рассказывала Синичкина про Сергея?

Главное, убедиться в том, что их там нет, что дело действительно в побеге. А если они там, то она… ну что-нибудь да сделает. Сообразит по ходу. Например, вернется назад и тогда уже не отступится, пока взрослые не пойдут с ней. А они ведь должны пойти, если Ася заявит, что точно знает, где сейчас пропавшие ребята.

Жаль, что телефона при себе нет. Он с камерой, и можно сделать снимки. Вот тогда бы ей непременно поверили, если бы она предъявила фотографии.

Ася пробралась сквозь заросли боярышника, без труда протиснулась меж выгнутых прутьев, на секунду замерла, глядя на лес, стоявший перед ней непроницаемой стеной. Хотя ночи сейчас короткие и светлые, еще и луна полная, среди деревьев наверняка намного темнее и так легко заблудиться. Но она больше не стала тянуть – иначе только сильнее начала бы бояться и сомневаться, – решительно двинулась вперед, поравнялась с первым стволом и…

Она молниеносно отпрянула назад. Потому что ей навстречу из темноты выскочил Сэм.

Двенадцать лет назад

Сэм опешил на мгновение, растерянно застыл, произнес:

— Ты? – шагнул к ней, уставился пристально. – Ты куда?

— Не твое дело, – огрызнулась Ася, отступая.

Если честно, ей стало очень не по себе, хотелось заорать «Помогите!», но ее опять вряд ли услышат – в лагере и без того переполох. Даже когда она кричала совсем рядом, и то не замечали. Вот и приходилось справляться самой, делать вид, что ей ничуть не страшно, отвечать с вызовом, медленно и незаметно пятясь к лазу:

— А ты куда? Решил еще кого-то увести? Тех оказалось недостаточно?

— Тех? – встревоженно переспросил Сэм. – Сколько их?

— А типа ты не знаешь?

— Семеро?

— Забыл посчитать, пока уводил?

— Да не уводил я никого! – воскликнул он сердито. – Послушай меня.

Ну да, конечно. Нашел наивную идиотку.

Краем глаза Ася отметила, что уже вплотную приблизилась к забору. Хорошо бы еще к тому самому месту.

Она стремительно оглянулась, определила, что ошиблась всего на метр, метнулась к нужному просвету, опять нырнула между прутьями, но… не успела. Зато ощутила, как вцепились в нее чужие руки, как резко дернули назад.

— Отпусти! – все-таки выкрикнула достаточно громко, прежде чем Сэм сгреб ее в охапку и зажал ладонью рот, как тогда.

И на этот раз у него получилось гораздо удачнее – Ася не успела вывернуться. А ладонь настолько плотно прижалась к лицу, что ухватить зубами пальцы и укусить не получалось. Ася могла только дергаться, извиваться, мычать и брыкаться, но Сэм не отпускал. Он был сильнее, гораздо сильнее, даже несмотря на худощавость, не обращал внимания на ее трепыхания и пинки, при этом еще и говорил:

— Ася. Ася, да успокойся ты! Не сделаю я тебе ничего. Просто выслушай меня. Я тебя отпущу сейчас. Пожалуйста, не кричи и не убегай. Только послушай. Я тебе все объясню. Ась, успокойся, и я тебя отпущу. Всего лишь выслушай.

Она вдруг осознала, что Сэм просит ее о том, о чем Ася сама недавно много раз безрезультатно просила других. И что теперь уже она ведет себя так, как те другие, – не позволяет ему ничего сказать.

Тогда она успокоилась, замерла, а Сэм переждал несколько секунд и действительно ее отпустил. Хотя и не сводил пронзительного напряженного взгляда, опасаясь, что она все-таки бросится прочь и завопит. Но Ася только отодвинулась чуть-чуть, чтобы не стоять чересчур близко, произнесла: