Книга Смерть в пионерском галстуке, страница 82 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

— Говори.

— У вас семеро ребят пропали? – опять уточнил он.

— Да.

— Я знаю, где они, – признался Сэм.

Она одновременно верила и не верила.

— Ну и где? – поинтересовалась насмешливо и скептично.

— Их увели для ритуала.

— Для ритуала? – изумленно переспросила Ася. – Какой бред! Что еще за ритуал? Ты специально мне голову морочишь? Несешь какую-то фигню.

— Просто послушай, – в который раз с напором повторил Сэм. – Ты ведь и сама уже о чем-то догадываешься. Иначе бы не стала искать поляну. Иначе бы и сейчас я не наткнулся на тебя здесь. – Он сделал паузу, напряженно втянул воздух, сощурился и наконец произнес: – Ты права, все дело в моем отце. И его хорошем знакомом. Они раньше работали вместе. Или учились. Я точно не знаю. Но это все их затея. И секта, и деревня, и ритуал.

Ася молчала, слушала, а Сэм продолжал торопливо рассказывать, не вдаваясь в особые подробности, чтобы зря не тратить время.

— Тот знакомый, он врач-онколог. Ты же знаешь, что такое онкология?

Конечно, Ася знала. Правда, сама лично не сталкивалась, но от той же бабушки и ее собеседниц не раз слышала, что рак унес то одного, то другого, что родственники бились за его жизнь до последнего, использовали все возможные и даже невозможные методы лечения. А некоторые, как оказалось, использовали их – этих отчаявшихся, готовых на все людей.

Вот и папаша Сэма с его приятелем-онкологом стали собирать вокруг заболевших или их родных. Но поначалу намеренно выбирали случаи полегче или вообще тех, кто почти здоров, просто слишком внушаем и мнителен. Для большего эффекта подменяли анализы, говорили, что дела плохи и обычные методы уже не помогут, но тут же обнадеживали, что есть и другие, альтернативные. Предлагали особые снадобья, естественные, чистые, природные, убеждали, что при соблюдении определенных условий шансы на выздоровление увеличатся. Главное, очистить от грязи мысли, душу, тело и вернуться к истокам. Для того и понадобилась экодеревня.

Отец у Сэма – психиатр. Он умел работать с людьми, умел заставить себя слушать и соглашаться. Ася в этом убедилась тогда на поляне, когда почувствовала себя беспомощным кроликом перед удавом. И если бы Сэм не вмешался, неизвестно, чем бы закончилось. Возможно, она безропотной овцой сама бы потопала за незнакомцем следом, поверив, что ей хотят помочь и ничего плохого с ней теперь точно не случится.

Другие ему тоже верили. Да и как не поверить, если факты говорили сами за себя? Никто же не знал, что те подтасованные, что результаты обследований были нормальными изначально, а не становились такими после «правильного лечения».

Люди радовались «чудесным исцелениям», как могли благодарили «спасителей». А слухами, как известно, земля полнится.

Та же бабушка до сих пор иногда вспоминала каких-то телевизионных шарлатанов, которые воду заряжали, лечили прямо через экран телевизора.

Даже когда уже безнадежно, люди все равно продолжали надеяться. И тогда еще охотнее верили в чудо.

Так и тут. А чтобы чудо не обошло стороной, несли деньги, порой последние. Продавали машины и квартиры, не только на время, но и насовсем переселялись в деревню за частоколом. А если кто-то не выздоравливал, то… сам виноват – недостаточно проникся идеей, не соблюдал условий, не смог освободить свои мысли и душу от грязи, не поверил.