Книга Ангарский маньяк. Двойная жизнь «хорошего человека», страница 39 – Елизавета Бута

Тогда, в 1992-м, он только начинал работать в милиции и однажды вернулся домой на несколько часов позже, чем должен был. Весь в снегу, с порванной курткой и пятнами от земли на штанах. Лена спросила его, что случилось, а он рассказал, как всю ночь искал пропавшую пятилетнюю девочку. И ведь нашел!

— Без тебя бы не нашли? — саркастически поинтересовалась Лена. — Почему с тобой никто не пошел искать? Ты самый главный у нас герой?

— Нет, просто так получилось, — осекся Михаил.

Когда спустя какое-то время та девочка погибла по вине отчима, Михаилу отчего-то показалось, что жена обрадовалась этой новости. Она ведь по большому счету оказалась права. Кажется, это был последний раз, когда он рассказывал ей о чем-то. Смутно ощущалось, что Лена ждет плохих известий, а ему не хотелось доставлять ей такого удовольствия. С тех пор он много раз возвращался домой с пятнами от земли и крови на форме, но отделывался простым и всех устраивающим объяснением:

— Работа.

Та история с пропавшей девочкой случилась как раз здесь, в шестом квартале, рядом с кафе «Хазар». Михаилу отчего-то нравилось проезжать по улице Карла Маркса, сворачивать на Чайковского, пролетать мимо парка, в котором полюбили собираться хулиганы, а затем нырять в лабиринт безликих пятиэтажек, посреди которого и находилось кафе.

По вечерам он наблюдал за тем, как ярко накрашенные девицы выбегают покурить на улицу. Казалось, они стараются расхохотаться над каждым словом и только и ищут повода, чтобы повиснуть на чьей-нибудь шее и провести где-то веселую ночь. Он слышал, и не раз, как малолетний управляющий сокрушается из-за недостатка симпатичных сотрудниц для развлечения гостей. Девушек, правда, день ото дня становилось больше. Менялся и состав гостей. Свадьбы тут стали играть реже, а вот шумные компании молодых людей в спортивных костюмах собирались теперь слишком часто, чтобы это могло продолжаться долго. Пару раз случались здесь и конфликты посерьезнее жалоб соседей. Бывали драки, заявления об изнасиловании, которые потом, как это часто бывает, забирали. Даже приличные, как казалось Попкову, девушки, устраиваясь на работу в это кафе, вскоре начинали выглядеть непристойно. Так произошло, к примеру, с официанткой, которая пришла на работу спустя месяц после открытия. За восемь месяцев она совершенно преобразилась, разве что свои каштановые волосы она пока еще не перекрасила в отчего-то модный ядовито-желтый цвет.

При любом удобном случае Михаил садился в машину и ехал по знакомым улицам. Он чувствовал себя в такие моменты хищником на охоте, и это было как раз то, ради чего он теперь жил. Процесс поимки, проверки и расправы ему уже нравился не так сильно. Это было сопряжено с большим количеством рисков. Все могло пойти не по плану. А вот процесс поиска он контролировал полностью, и фантазия дарила ему куда больше, чем предоставляла жизнь.

Поздней ноябрьской ночью 1994 года он увидел неподалеку от входа в парк двух девушек. Одну из них он узнал по тяжелым каштановым волосам — это была официантка из кафе «Хазар». Попков сбавил скорость и приоткрыл окно пассажирского сиденья.

— Куда бежим? На работу или с работы? — спросил Михаил.

— Что? — не поняла восемнадцатилетняя Люба Челюскина. Она чувствовала себя ответственной за подругу, у которой было меньше жизненного опыта.