Книга В объятиях дьявола, страница 82 – Миранда Эдвардс

Джон Би тяжело вздыхает, проведя рукой по своему ежику. Мои глаза расширяются. Таких подробностей я не знала… Боже мой. К глазам тут же подступают слезы, а в горле встает ком.

Пазл складывается воедино. Николас смог остановить затмение Росса словами о насилии, потому что тот видел, как его собственную мать… Такое из любого сделает монстром. Конечно, я не собираюсь оправдывать Росса за его жестокость и кровожадность, но его поведение объяснимо. Не знаю, что бы стало со мной, окажись я на его месте. Представляю Росса ребенком, которого вынуждали наблюдать и лишили возможности помочь родному человеку, и меня едва не выворачивает.

— После армии он взял меня к себе на работу, – продолжает Джон Би. – Он позаботился о моей реабилитации, и за это я буду ему благодарен всегда.

Не замечаю, как мы оказываемся возле дома Лесли. Подруга во время работы обзавелась нужными связями, поклонниками, которые позаботились о благополучии своей музы. Она со своей дочерью живет в довольно просторной квартире с приличным ремонтом. Пока мы с мамой, которая искала любовь всей жизни у паршивых мужчин, Лесли брала от мужчин все, что они давали, не раздвигая ноги. Умница, что я еще могу сказать?

— Твоя подруга неплохо устроилась для стриптизерши, – присвистывает Джон Би и поворачивается ко мне лицом. Мужчина опять одаривает меня своей широкой белоснежной улыбкой. – Мистер Кинг сказал, что сам заберет тебя, но можешь мне звонить, если он не сможет.

— Спасибо, Джон Би, – выдавливаю из себя нечто, напоминающее улыбку, и выхожу из автомобиля.

Джон Би дожидается, когда я зайду в подъезд, и только тогда уезжает.

Лесли встречает меня в тонюсеньком сиреневом халатике, и я легко могу различить ореолы ее сосков. Женщина даже сейчас накрашена, ее волосы уложены назад. Хоть сейчас Лесли могла бы пойти на съемку для журнала «Playboy». Обняв подругу, закатываю глаза и язвлю:

— Спасибо, что сейчас грудь хотя бы прикрыта.

Лесли хлопает меня по попке и щебечет:

— Ты же знаешь, что я не люблю ходить дома в белье, куколка.

Надеваю свои тапочки, купленные мне в качестве намека на то, что я могу жить у Лесли всегда. Мы с ее дочкой неплохо общаемся, но из-за разного детства ментально мы не похожи на ровесниц. Ханне шестнадцать, и для меня она ребенок. Она совсем не похожа на Лесли: девочка довольно скромная брюнетка. Она любит шопинг с подругами, обсуждать парней и новые сериалы на «Нетфликс». Ханна – типичный подросток, и из-за этого я ей всегда завидовала.

— Вступи в клуб нудистов, – предлагаю я, вешаю блейзер на крючок и ловлю удивленный взгляд Лесли на себе. Она осматривает меня с головы до пят. – Что не так?

Я расправляю подол офисной юбки-карандаш и закатываю рукава шелковой сорочки. Раньше я так не одевалась, но сейчас полностью привыкла к новому образу, а вот Лесли не видела новую версию меня.

— Так непривычно видеть тебя в такой одежде, куколка, – подруга прижимает руку к груди. Ее лицо смягчается, а в глазах скапливаются слезки. – Детка, наконец-то ты там, где должна быть.

Лесли кидается мне на шею и начинает плакать. Я удивленно выдыхаю, не понимая, с чего у нее такая реакция.

— Ты словно меня хоронить собралась, – обхватывая подругу за талию, шучу я.

Лесли щиплет меня за бок.

— Не мешай мне, – бурчит она. – Просто мне тяжело осознавать, что даже такой шанс оказался с подвохом. Ты собираешься сбежать, и тебе придется начинать все с самого начала. Я огорчена. Ты должна мне позволить немного поплакать.