Книга Созвездия твоих глаз, страница 39 – Екатерина Маркмирова

— Но настоящую причину сможет назвать только мисс Харт. Как только она придёт в себя, узнайте подробности.

Проводив врача, я вернулся к Эмбер. Она такая маленькая, беззащитная. Я очень ярко ощущал, как в эти самые минуты во мне рождалось нечто большое, тёплое, трепетное и невозможно прекрасное. Пусть, я не могу назвать это любовью, но это и не обычное влечение, и точно не братские чувства. Я никогда не принимал Эмбер за сестру. Она всегда была просто хмурой и неразговорчивой дочерью Стивена. Сейчас мне хотелось сжать её в объятиях крепко-крепко, и одновременно с этим беречь, как хрупкий, нежный цветок. Да, я не забыл, что это всё та же Жвачка, Пинки Пай, Заноза, Барби и все прочие мною выдуманные прозвища. И я всё так же помню, что эта девочка меня терпеть не может.

Вибрация телефона напомнила мне, что я кое о чём забыл.

— Да, Анджелина? Прости, я сейчас не могу говорить. Потом всё объясню.

Да, не физически, но морально я предавал невесту, но ничего не мог с собой поделать. Это выше меня, влип по самые уши, я даже слышу, как рушатся во мне стены уверенности и непоколебимости.

«Прекратить? Уйти пока не поздно? Но ведь это станет проявлением слабости? Да, я не могу уйти».

Эмбер горела, жар сбивать удавалось с трудом, я бесконечно мочил полотенце, но оно очень быстро нагревалось, в приоткрытые сухие губы чайной ложечкой вливал воду. Эмбер бредила, часто звала маму и просила папу не уходить…

У каждого свои детские триггеры. У нас с Куколкой гораздо больше общего, чем могло показаться, и я косвенно стал причиной её детских травм. Почему я раньше никогда не ставил себя на её место? Почему эгоистично винил её, что появилась в нашей дружной семье? Мне кажется, что я только сейчас по-настоящему повзрослел, осознав всё это.

* * *

К вечеру вернулась соседка Эмбер – Сара. Рыжая и кудрявая девушка сразу узнала во мне сводного брата Эмбер. Я Шона отпустил давно и не подумал о том, что могу, например, проголодаться. Сара гостеприимно накормила меня сырными равиоли, а после активно пыталась выпроводить. Но не тут-то было. Я рассказал о гематоме на теле Куколки и спросил, не знает ли она причин появления.

— Неа, я вернулась вчера поздно, Эмбер уже спала. Думаете, это нападение? – Сару напугали мои слова.

— Не знаю, но никуда не уйду, пока она не очнётся и мне всё не расскажет.

Сара долго боролась со сном, но в итоге не выдержала и заснула, я же вырубился почти на рассвете, сидя на кровати Эмбер, когда жар наконец-то отступил.

Сквозь сон я почувствовал, что в меня что-то упирается, а потом настойчиво сталкивает с края кровати. Я протёр глаза и наконец-то понял, что Эмбер проснулась.

— Ты что здесь делаешь? – испуганно спросила Куколка осипшим голосом, увидев меня.

— Прости, уснул.

Я положил ладонь на её лоб. Холодный. Хорошо.

— Как ты себя чувствуешь? – шёпотом спрашиваю. Не знаю почему, привык за это время, что надо говорить тихо.

— Честно говоря, не очень, – хрипло произнесла она, подняв на меня покрасневшие глаза. – Сара ещё не вернулась?

— Ты проспала сутки. Сара ушла на работу, – ответил я и протянул ей стакан воды.

Эмбер жадно пила, то и дело недоверчиво косясь на меня.

— Не переживай, не отравлю, – шутливо заверил девушку.

Я не разрешал ей вставать, но кто бы меня спрашивал. Пока я разогревал бульон, приготовленный вчера Сарой, Куколка самостоятельно по стеночке отправилась в ванную. А когда вышла, я помог ей дойти до стола, и с ложки покормил её.