Книга Бывший муж. Чужая кровь, страница 25 – Лила Каттен

— Василиса, – ко мне подошла Елизавета Андреевна. – Успокойся, слышишь? Это может быть…

— Вытащите из меня это. Нет! А-а-а… Уберите. Я не хочу!

В небольшую ванную, где мы находились, ворвалась врач – Тамара Георгиевна с той же медсестрой.

— Я не хочу! Не хочу! – продолжила я умоляюще кричать, только бы они вынули из меня это. Только бы очистили от этой грязи.

Только бы…

Мой мир стал вращаться и медленно тускнеть.

Я сосредоточилась на обеспокоенных глазах моего психолога и продолжила умолять губами.

«Пожалуйста! Вытащите из меня это!»

Елисей

Я с силой захлопнул ноутбук, хотя на самом деле мне хотелось его разбить.

Как только информация о нашем с Василисой разводе слух просочилась в прессу, интернет взорвался.

Почитатели моды быстро объединили два события в одно: уход жены с радаров и развод. Что они еще могли предположить?

Господи, сегодня утром на мою машину вылили ведро краски, когда я подъезжал к офису. Это были женщины, борющиеся за права женщин и против насилия в семье.

В этом меня и обвинили. Для всех, исходя из сплетен интернета, я – дерьмовый муж-тиран, который нанес увечья Василисе. Из-за этого она на лечении (были и те, кто предположил, что она в коме из-за травмы головы, которую я нанес ей в порыве гнева), а я в это время планирую всё у нее отобрать.

Я даже не пытался кого-то переубедить. Об этом попросил и своего адвоката. Я не стану отбиваться от нападок, слухи – это просто слухи. Вся правда в том, что прошел месяц с момента, как я видел свою жену.

Я бы хотел иметь возможность попросить прощения. Возможность попытаться всё исправить. Но у меня нет этой возможности.

Мне плевать, кто и что думает. Отец и вовсе отстранил меня от дел, так как я не способен заниматься бизнесом, и отправил в отпуск. Вот только я не нахожу себе места. Я обиваю пороги Насти – сестры Василисы, офиса ее отца и их дома.

Охрана на их территории чуть не избила меня одним вечером, приняв за бездомного, когда я попытался пробраться на территорию их дома.

Да, произошло что-то страшное. Но я имел право знать. Имел право услышать от нее всё, что бы она ни хотела сказать: обвинить или… да что угодно. Я желал ее гнева, даже боли. Потому что я был здесь и никак не мог ей помочь. Но я хотел помочь. Даже если при этом она бы оставила меня за дверью. Я бы остался там.

Я так и не отдал ее вещи. Не покинул квартиру и не стану этого делать. Там она все еще была со мной. И я планировал затянуть развод насколько мог. После первого слушания, когда я отказался идти на разговор, адвокат дал понять, что они выполнят любые условия, что бы я ни потребовал. Я знал, что это для скоротечности процесса. Но все равно буду продолжать подаваться с ее семьей.

Детектив работал не покладая рук. Но он был в тупике. И начал поиски далеко за пределами города, округа, края. Мне было все равно на деньги, средства. Я хотел к своей жене. Хотел бороться вместе с ней со всем.

Господи, как же я сожалел обо всем, что случилось в тот вечер. За свою агрессию, слова и мысли о ее романе с тем ублюдком. Эти сожаления душили и не давали покоя. Но с ней творилось что-то страшней того, с чем боролся я. Чувство вины против…

Кто бы с ней что ни сделал, я был готов пойти на преступление. Вот только у меня и этот шанс отняли. Молчанием они отняли у меня даже это.