Книга Бывший муж. Чужая кровь, страница 28 – Лила Каттен

— За вами. Я знаю, что ваша мать здесь.

Марина Робертовна ухмыльнулась, что показалось странным.

— Ах, вот оно что. Каковы твои предположения?

Она деловито сложила на груди руки и улыбнулась холодной и пустой улыбкой.

— Я не хочу предполагать, но попробую. Анна Павловна, должно быть, с ней. Просто скажите, в каком они номере.

— Скажу тебе кое-что другое. Василиса больше не твоя. И твое упорство ничего не изменит. Она не оценит.

— Ладно, – я выдохнул. – Что произошло в ту ночь?

Она отвела взгляд. Встала. И подошла к двери.

— Мне долго ждать свой массаж?

— Я хочу знать, чтобы сделать самому то, что должен. Помогите мне. Клянусь, он заплатит.

В комнату вошла женщина и, заметив меня, потупила взгляд.

— Ты хочешь присутствовать?

Вскочив с дивана, я подошел к теще, и она встретила мой злой взгляд, снова ухмыляясь.

— Возвращайся домой. Подпиши документы и найди новую жену.

— Сначала я поговорю с вашей матерью.

— Хорошо. Наш номер «505».

Что-то в ее насмешливом тоне было странным. Но я выскочил и отправился к себе. Там же я наткнулся на Ивана.

— Я говорил с тещей. Они в «505» номере. Нужно лишь…

— Это уловка.

— Плевать. Если я встречу бабушку Василисы, я смогу…

— Поездка – уловка. Ее здесь нет.

— Номер забронировали, и они обе были здесь сегодня. Но Анна Павловна уехала сразу после «заселения».

Я закрыл глаза и выругался.

Господи, как же я сейчас злился, не передать словами.

— Но она… что, если Василиса где-то здесь?

— Нет. Она была в аэропорту. Другую информацию уже не добыть. Ефимов постарался заранее.

Уезжая, я был снова в тупике. Словно оказался вначале. Но я отказывался сдаваться.

— Продолжаем, – сказал я детективу, сидя в машине по пути в аэропорт. – Они ошибутся. Рано или поздно.

— Как скажете, Елисей.

Василиса

Голос.

Далекий и одновременно очень близко звучащий. Родной и самый необходимый.

Я слышала этот голос. И слышу сейчас. И как же… как же я тосковала по этому голосу. Лежа неизвестно где, не имея шанса пошевелиться, я ощущаю, как стекают слезы из уголков глаз, утопая в волосах.

— Вы позвали нас для подтверждения действий. Моя внучка так же ясно дала понять, что она хочет избавиться от этого плода, тогда сделайте это.

Они говорят шепотом. И говорят обо мне. Но я хочу, чтобы они замолчали.

Потому что это значит, она знает, какая я грязная.

А я не хотела, чтобы знала.

Я не хотела.

— Но у нас в клинике подобные операции не проводятся. Понимаете?

— Это вы должны понять, что я очень мягкий и добрый человек. Я не стану говорить с вами в стиле своей дочери. Но ради моей девочки, – на мою голову легла ее теплая рука, – которая сейчас лежит на кровати, я с вас шкуру сдеру, если услышу снова ваши оправдания. Мы платим вам больше, чем остальные вместе взятые клиенты. Это должно открывать множество дверей. Подготовьте документы, я их подпишу на правах опекуна. Остальное вы обещали сделать аккуратно и правильно, чтобы не навредить.

— Вы не понимаете, Анна Павловна, ваша внучка беременна впервые, это может иметь необратимые последствия.

— Мы не будем начинать этот разговор повторно. Она сказала свое слово, я подтвердила и подпишу документы. Действуйте.

Дальше следовала тишина и тихий щелчок двери. Затем… чуть хрипловатый всхлип и еще больше тепла, мягких поглаживаний по голове, плечам и щеке.