Книга Хрустальная ложь, страница 135 – М. Эль

— Покажу тебе еще одну оружейную, если соизволишь прийти в гости в нормальное время, без форс-мажоров. Там найдутся и итальянские образцы.

— Странный способ затащить женщину в постель, Энгель, — хмыкнула она, возвращая ему пистолет и прижимаясь к его руке, чтобы опереться, её силы окончательно покинули её.

— А у нас, мафиози, других нет, — ответил он, всё ещё улыбаясь, обнимая её и придерживая, чтобы она не упала.

Лилит сделала шаг назад, её глаза блестели в свете уличного фонаря.

— Береги себя, Энгель. Вдруг завтра я тебя не прикрою.

— Прикроешь, — произнёс он с хищной усмешкой, удерживая её. — Мы ведь теперь на одной частоте, змейка. И на одной стороне. Хочешь ты того или нет.

Запах антисептика, мягкий шелест штор, гулкий гул кондиционера — не её мир.Она открыла глаза и сразу поняла, что это не больница. Слишком тихо. Слишком дорого. Комната — просторная, в серо-дымчатых тонах, на прикроватной тумбе — стакан воды, перевязочный материал, и рядом — пистолет.Её пистолет.

— Очнулась, — услышала она голос. Такой знакомый, но в то же время чужой, пропитанный чем-то новым, неведомым.

Виктор стоял у окна, спиной к ней. Солнечный свет, пробиваясь сквозь жалюзи, рисовал на полу полосы, заставляя его силуэт казаться резким, уверенным. Без пиджака, в простой белой рубашке, рука в кармане брюк — классический образ, который она уже успела выучить наизусть. Его профиль был острым, словно высеченным из камня, каждая линия говорила о его силе и контроле.

— Где я? — хрипло спросила она, с трудом садясь на кровати. Горло болело, тело ныло от пережитого, но разум уже начинал возвращаться в привычный ему боевой режим.

— У меня, — спокойно ответил он, не оборачиваясь. Его голос был ровным, лишенным всяких эмоций, которые она так часто слышала раньше. — Твой парень с ножом не дожил до скорой, если вдруг волнуешься о его правах.

— Не волнуйся, — отрезала Лилит, дернув плечом и тут же поморщившись от резкой боли. — Я бы расстроилась, если бы дожил.

Виктор обернулся. Его взгляд — прямой, пронзительный, как будто пытался заглянуть ей прямо в душу. Он был слишком внимательным для человека, который якобы "ничего не чувствует". В его глазах читалось что-то более глубокое, чем просто оценка ее состояния.

— Ты потеряла много крови, — сказал он с легкой, почти незаметной улыбкой, подходя ближе. — Твоё везение уже начинает раздражать врачей.

Она откинулась на подушки, скрестив руки на груди, принимая оборонительную позицию, которую знала так хорошо. — Я не просила спасать.

— Знаю. — Он усмехнулся, его губы тронула тень насмешки. — Но мне стало скучно.

Лилит посмотрела на него с прищуром, пытаясь разгадать его истинные мотивы. — Так значит, ты теперь мой телохранитель? Или снова хочешь проверить, сколько у меня пуль?

— Ни то, ни другое, змейка. — Он остановился напротив нее, его взгляд задержался на ее лице. — Просто решил убедиться, что ты жива.

— И зачем? — спросила она, ее голос был полон скепсиса.

— Потому что мёртвая ты была бы слишком тишиной, — ответил он, и в его словах прозвучало что-то, что заставило ее прислушаться. — А я не люблю тишину.

Она замолчала, переваривая его слова. В его заявлении было больше правды, чем она могла бы ожидать.

Виктор налил воду в стакан и поставил его рядом на тумбочку, но она не потянулась к нему. Вместо этого она заговорила — тихо, устало, будто сама не верила, что говорит это вслух, будто впервые решалась высказать это вслух.