Онлайн книга «Хрустальная ложь»
|
Разве что от родителей. — А я не привык дарить их женщинам, которые могут выстрелить в меня после “спасибо”, — его улыбка была полной очарования. Лилит засмеялась снова — коротко, но искренне, её смех был словно музыка в этом храме стали. И впервые за долгое время ему показалось, что она не просто защищается от мира. Она его принимает. И, возможно, принимает его. … Дверь дома захлопнулась за её спиной с глухим щелчком, эхом отразившись в внезапно наступившей тишине. Тишина встретила её, как пустыня — равнодушно, без эха, беззвучно пожирая остатки дневного шума. Лилит сняла туфли, медленно, будто сбрасывала броню после тяжёлого боя. Пальцы дрожали не от холода — от злости на саму себя, на его проклятое умение проникать сквозь её защиту. На ней всё ещё был его пиджак. Пахнущий дорогим табаком, мятой и лёгким порохом, словно её собственная сущность. Запах власти. Запах мужчины, который слишком близко подобрался, слишком многое понял. Она стояла в коридоре, глядя на тёмную ткань, словно на живое существо, и вдруг усмехнулась — коротко, с горечью, в её смехе не было веселья, только самобичевание. — Вот дерьмо, — пробормотала она. — Ты что, совсем рехнулась, Андрес? Бросив пиджак на кресло, словно сбросив кожу, она направилась в кухню. На автомате включила кофеварку. Кофе всегда был её ритуалом — с детства, с тех времён, когда Адель, её бабушка, говорила: «Порядок начинается с мелочей. Сначала — завтрак. Потом — война. И никогда не путай их». Лилит налила себе чашку, но руки были неустойчивы, кофе пролился на край. Глоток обжёг губы, и от этого вдруг стало ещё хуже, горячий напиток не согрел её изнутри. Она злилась — на Виктора, за его наглость и проницательность; на себя, за то, что позволила ему подойти так близко; на этот город, который стал для неё и спасением, и золотой тюрьмой. Пиджак всё ещё лежал на кресле. Слишком близко. Слишком… тёплый, манящий. Она схватила его, собираясь выбросить, но ткань скользнула между пальцев, и вместо этого она просто прижала его к лицу. На секунду. Только вдохнуть. Мята. Дым. Сталь. Боже, какой же он бесит. И как же он, черт возьми, притягивает. Она села на подоконник, глядя вниз, на улицу — огни, движущиеся, пульсирующие, как кровь под кожей гигантского, живого существа. Нью-Йорк жил, ревел, кипел, но внутри неё царила какая-то странная пустота, которую не могли заполнить ни шум города, ни аромат кофе. Всё шло идеально: успешная карьера, адвокатура, собственная компания, связи, которые она так тщательно выстраивала. Никто не знал, кто она на самом деле. Никто — кроме него. Виктор Энгель. Имя, которое звучало как угроза и как искушение. Он будто видел её насквозь. Не адвоката. Не женщину. Не беглянку. А существо, которому до смерти скучно жить без войны. Девушка откинулась назад, взъерошила волосы и засмеялась — тихо, нервно, её смех был полон горечи и самоиронии. — Серьёзно, Лилит? Тебе не хватало только мафиозного идиота с платиновыми волосами, — сказала она вслух, обращаясь к себе, словно к чужому человеку. Телефон завибрировал. Номер неизвестный. Сообщение: Ты оставила у меня кое-что. Покой. Спокойной ночи, змейка. Она застыла, потом усмехнулась, стряхивая пепел сигареты в пепельницу, её пальцы снова дрожали. |