Книга Спартакилада, страница 2 – Хелен Кир

Машкин язык примагничивал Егора, в какой-то момент его кадык дергается. Толкаю Машу локтем. Она перестает писать и поворачивается в мою сторону. Я кошу глазами на парня и вытягиваю губы трубочкой. Намекаю, типа, глянь кого прибило к твоему бережку. Маша ловит его пристальный взгляд и тут же отворачивает. Не поняла, она покраснела, что ли? Точно. Кажется, я нашла чем доставать Машку, попалась!

— Ху из ит? — тихо шепчу ей.

Она еще сильнее заливается краской. Прямо свекла.

— Пошла в жопу! — слышу в ответ.

Не выдерживаю, прыскаю со смеху.

— Киратова! Заметаева! Я вам не мешаю? — спрашивает профессор Тонков, устремив на нас строгий взгляд, сверкающий из-под очков.

Мы надеваем на лицо торжественно-скорбное выражение полной покорности и смиренно приносим извинения, потупив взор долу. Нас великодушно прощают. Лекция продолжается. Кошусь на Егора. Он опустил голову и крепко сцепил руки в замок. Машка демонстративно пялила на Тонкова, делая вид, что ее вообще ничего не касается, и при этом нервно трясла ногой под столом.

Звонок стеганул по мозгам так, что я подскочила со стула. Позади раздались противные смешки. Света, сучка!

— Боже мой, какая-то ненормальная. То со стола все валится, то дергается, как умалишенная. — выговаривает она мерзким голосом.

Вроде бы тихо говорит, но я слышу. Машка начинает шипеть. Я ее останавливаю, не стоит, не нужно уподобляться. Собираем вещи и идем на выход. Проходя мимо этой парочки, я все же поднимаю глаза и встречаюсь со взглядом Спартака.

Он, развалившись, сидит на стуле и сканирует мою внешность от макушки до ногтей на ногах. Спартачина-МРТ-буду теперь его так звать. Отзеркаливаю его насмешку, направленную ко мне, неплохо должно получиться. Но в этот, крайне неподходящий, момент со звонким чпоком трескается резинка на моих волосах и гулька распадается. Моя грива обрушивается и окутывает меня. Мысленно стону. Да гори же все адским пламенем! Что за день? Или сглазил меня кто?

Отбрасываю волосы назад и снова ловлю взгляд Спартака. И в них что-то такое, что заставляет меня быстрым шагом выйти за дверь и выдохнуть. Там горел огонь прозрения. Только чего от чего, не понятно. А мне оно надо, понимать? У меня впереди репетиция.

Я устало смахнула пот со лба. Занятия окончены. Все уже разошлись, а я продолжала сидеть на полу студии. Меня раздирали противоречия. Подъедало чувство, что фуэте небезупречно. Да и Галина Ивановна сегодня была жесткой. А это значит, что я провалила занятие.

А причина у меня есть. И имя этой причине долбаный Спартак. Ну чего так пялился? Смотрел бы, как обычно, с насмешкой. Но ведь нет же. Боюсь даже думать в ту сторону, что мелькало в его омутах.

Устав корить себя за провал, начинаю собираться. Сейчас дед должен приехать. Мой любимый и дорогой мужчина, после папы, конечно. Как же крут мой дед! В прямом смысле этого слова. Я его обожаю. После того, как мама и папа уехали работать за границу, я живу у бабули и дедули за городом, в коттеджном поселке. Он маленький, компактный, окружен сосново-еловым лесом. Зимой там вообще сказка-Берендеев лес.

Скомкав и затолкав вещи в рюкзак, устало тащусь на выход. На улице немного прихожу в себя.

Весна! Время нежности и бабочек в животе. Правда у меня ничего и нигде не порхает. Но еще не вечер. Ласковый ветер треплет мои волосы, вот надо же мне было их до попы отрастить. Столько времени на уход тратится, это кошмар, но оно того стоит, наверное.