Книга Надежда, Вера и… любовь, страница 56 – Яра Саввина

Не стоит открывать душу. Нельзя привязываться к людям. Убедилась же в этом на примере Сухарева. И вот опять.

Пройдя в комнату, прямым ходом направилась в душ и, включив ледяную воду, засунула под струю голову. Не хочу влюбляться в Вяземского. Не хочу снова испытывать боль. Вот только что делать с той симпатией, которая, как маленький котёнок, уже свернулась комочком в моём сердце? Умеет всё же этот рыжий гад очаровывать. Какао, комплименты…

— Мамочка, ты плачешь? – услышав встревоженный детский голос, я вздрогнула.

— Ну что ты, милая, нет, просто решила умыться, – пролепетала, выключая кран и хватаясь за полотенце.

— Правда-правда?

Её вопросы рвали душу на части. Маленькая, искренняя кроха, заботливая и добрая… К чёрту Вяземского. Надо просто сосредоточиться на Вере и всё будет хорошо. Ведь так?

— Да, солнышко, правда, – выдавила из себя улыбку и подхватила малышку на руки. – Давай баиньки. Завтра нас ждёт долгое путешествие. Ты же любишь путешествовать?

— С тобой?

— Со мной.

— Тогда люблю, – обняв меня за шею, прошептала Вера, целуя в щёку.

— Вот и хорошо, вот и ладненько.

Уложив малышку на кровать, я прилегла рядом, но долго не могла заснуть. Мысли так и крутились вокруг разговора с Романом.

Но лучше бы отдохнула, поскольку днём мой самый жуткий кошмар превратился в реальность.

Следующее утро ни чем не отличалось от предыдущего, разве что в доме чувствовалось некое напряжение, от которого воздух казался гуще и плотнее. Впрочем, может это шалило моё восприятие после бессонной ночи? Так или иначе, но завтрак прошёл в тишине. Даже Вера молчала, раздумывая о чём-то своём. Обычно детям подобное поведение не свойственно. Но с малышкой это правило не работало. С ней многое было иначе. Иногда она мыслила настолько по взрослому, рассуждая о чём-то, что с трудом получалось сдержать удивление. Это точно говорит пятилетний ребёнок?

Новость о внезапном отъезде Марго восприняла спокойно, без особой радости, но и не ворчала. Не знаю, сказал ей брат о настоящей цели путешествия или решил умолчать детали, но наскоро перекусив, она отправилась паковать чемоданы.

— А тётя Рита поедет с нами? – спросила Вера, после того, как за столом мы остались втроём.

— Вы встретитесь позже, – задумчиво произнёс Роман, одарив меня быстрым взглядом. – Если ты поела, беги, собери то, что хочешь взять с собой, может, игрушки или книги… Что там ещё у тебя?

— Вещи? – неуверенно предположила малышка.

— С вещами поможет мама, – махнул рукой Роман. – Ведь поможешь? – вопрос предназначался уже мне.

— Да, конечно.

Настроение держалось чуть выше плинтуса, так что, ковыряя ложкой в каше, я без особого интереса слушала их разговор.

Странное состояние, совершенно мне не свойственное, похоже на эмоциональные качели – то вверх, то вниз, то хочется смеяться, то рыдать взахлёб. Стресс сделал своё пагубное дело, доведя меня до точки, с которой ничего не стоило скатиться в депрессию. Но я же сильная девочка? Я же справлюсь?

— Надь, может, поговорим?

Лишь стоило Вере выйти за дверь, как Вяземский всё своё внимание переключил на меня.

— А нужно? – встав из-за стола и подхватив тарелку, направилась к кухне. – Вроде бы ночью всё обсудили.

Оставаться с ним наедине не хотелось, так что тактическое отступление казалось наилучшим вариантом… Пока Роман не перегородил мне дорогу, оказавшись на ногах быстрее, чем я успела среагировать.