Книга Надежда, Вера и… любовь, страница 59 – Яра Саввина

Взяв малышку за руку, с сожалением закрыла дверь детской. Умом я понимала, что ехать нужно, но внутри всё противилось.

Роман ждал в машине. Мотор размеренно гудел, выпуская из выхлопной трубы едва заметное марево. Посадив малышку в детское кресло и пристегнув, я с комфортом устроилась на переднее пассажирское сиденье, ощущая смутную тревогу. Женская интуиция буквально вопила, что день сегодня будет не простым. Но нахлынувшее беспокойство списала на встречу с Сухаревым, которого не хотелось даже видеть, не то, что разговаривать.

— Помнишь, что обещала слушаться меня во всём? – спросил Роман, задумчиво постукивая кончиками пальцев по рулю.

— Да.

— Вот и хорошо.

— Если переживаешь, – я запнулась, подбирая слова, – может, тогда останемся дома? С разводом разберёмся потом. Не нужно ехать.

— Нужно, – недобро усмехнулся Роман. – Ради того, чтобы ты освободилась от этого козла, я готов ехать даже на край света, не то что в отдел к Прохорову. Ладно, девчонки, помчали. Пара часов неприятного времяпровождения и я вас отвезу в аэропорт, где будет ждать Бестужев. А дальше тёплый песочек, море…

Вырулив со двора, Вяземский замолчал, сосредоточившись на дороге, время от времени поглядывая в салонное зеркало. Казалось бы, привычное дело, он всего лишь оценивает движение позади нас. Но беспокойство нарастало всё сильнее, сдавливая грудь ледяными щупальцами страха.

Дорога, светофоры, перекрёстки, мелькавшие по сторонам дома, сливались в одну сплошную размытую массу, к которой добавлялись бесконечные вереницы машин… Это всё, чем запомнился наш путь. И только когда мы остановились возле отдела, я позволила себе выдохнуть с облегчением, заметив при этом, как подрагивают от напряжения руки.

Похоже, боялась я вовсе не встречи с Сухаревым.

Набрав номер Михалыча, Роман предупредил, что мы подъехали. Так что когда вошли в здание, Прохоров ждал нас рядом с дежурной частью.

— Ну, ты даёшь, Вяземский, подключил к делу даже самого Михаила Валерьевича. Не думал, что у тебя есть к нему подход.

— Уже нет. Если документы для развода готовы, мы с ним в расчёте.

— Готовы, ждут в моём кабинете, – проворчал начальник. – Но это не значит, что он откажется встретиться и поболтать за шашлычками. Кстати, я тоже не откажусь. Мотай на ус.

— Конечно, с меня поляна, – кивнул Роман. – Когда засадишь Уварова и его бойцов за решётку.

— Наслышан. Уверен, что хочешь впутываться в это дерьмо?

— Я в нём уже по самые уши. Днём раньше – днём позже, но мы с Уваровым всё равно бы пересеклись. Слишком нагло он себя ведёт. Лезет не в своё дело, ворует информацию, угрожает моей семье. Так что пускай дело в ход. Возьмём этого ублюдка за яй.. – покосившись на притихшую дочь, Роман резко замолчал.

— Я тебя понял, – глухо отозвался Михалыч, и словно опомнившись, обратился ко мне. – Добрый день, уважаемая. Зачастили вы к нам в отдел.

— Если честно, была бы моя воля, близко бы не подошла, но, увы, обстоятельства сильнее моего желания, – безразлично пожала плечами.

На что мужчины, переглянувшись, рассмеялись, сбрасывая напряжение.

Вот только мне было не до веселья. Зацепившись взглядом за мелькнувший на улице мужской силуэт, увиденный через окно, я замерла, как испуганный кролик перед удавом. Показалось? Возможно. Но слишком уж тот мужчина был похож на приятеля Сухарева, который однажды заглянул к нам домой на огонёк. Впечатления от этой встречи мне запомнились надолго, и даже спустя столько времени, при виде похожего человека, внутри всё словно оцепенело. Нет, он не делал пошлых намёков, не приставал и не обижал, но смотрел так, что становилось не по себе. Да и сам Сухарев в его присутствии трясся, будто осенний лист на ветру. Опасный мужик – это я могла сказать точно. Такой не остановится ни перед чем. И то, что он здесь – дурной знак.