Книга Надежда, Вера и… любовь, страница 63 – Яра Саввина

Они не таились, демонстративно помигав фарами, но вплотную не приближались. Однако и не отставали. Сидели на хвосте, будто приклеенные. До того момента, пока в зоне видимости не осталось других автомобилей. Тогда-то посреди нашего лобового стекла и появилась маленькая круглая дырочка, от которой в разные стороны в одно мгновение разбежалась сетка из мелких трещин. А если бы заднее стекло не было затемнено, куда бы попало?

Мне стало дурно.

Звука выстрела я не слышала, и пулевых отверстий до этого момента никогда не видела, вот только ничем другим объяснить появление отметины не получалось. И судя по тому, что Роман вдавил педаль газа в пол, выводы сделала верные.

Машина мчалась по трассе, с визгом закладывая виражи на поворотах. Деревья за окном сливались в одну сплошную массу. Впрочем, сейчас мне было не до любования природой. Всё происходило слишком быстро. Не привычный к стрессовым ситуациям разум с трудом справлялся с возложенной на него обязанностью.

Только страх за Веру заставил меня собраться с силами и всё-таки обернуться назад.

Не замечая творящегося вокруг хаоса, малышка с улыбкой смотрела в окно, нашёптывая что-то на ушко плюшевому мишке. Она радовалась «путешествию», не понимая, что нам угрожает опасность. И сердце сжалось от боли. Маленькая беззащитная кроха, доверчивая и наивная. Вера чувствовала себя в безопасности, ведь рядом был папа и я, даже не подозревая, что каждая секунда может оказаться последней.

В те мгновения я ненавидела этот жестокий мир, где за ошибки взрослых расплачиваются дети. Жажда власти, алчность, гордыня… Почему нельзя обойтись без них? Почему вместо здоровой конкуренции люди идут на подлость, пытаясь стереть других с лица земли? Почему нельзя просто спокойно жить в радости и согласии?.. Извечные вопросы, ответы на которые до сих пор не найдены.

Следующая пуля влетела в салон автомобиля, пробив заднее стекло, и оставила свой след на спинке водительского сиденья. Я бы вряд ли обратила на это внимание, находясь на грани истерики, если бы не раздавшийся тихий стон, последовавший за этим.

— Ром, с тобой всё в порядке? – голос сорвался, и ледяные щупальца страха сдавили грудь ещё сильнее, перекрывая доступ к кислороду. Наклонившись вперёд, я разглядела расплывавшееся алое пятно на широком мужском плече. – Ром?..

Адреналин ударил в голову, застучав оглушительным пульсом в висках. Он ранен! Твою же дивизию… Этого ведь не может происходить на самом деле, правда? Это чей-то нелепый розыгрыш, ошибка, не знаю что… Но не реальность. Ведь так? Подобное бывает лишь в фильмах, но не в обычной жизни…

Вот только, судя по бледному лицу Вяземского и мокрому от крови рукаву его рубашки, это было вовсе не кино.

Хотелось сжаться в комочек, чтобы ничего не видеть и не слышать, но я лишь сильнее стиснула зубы, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации… Которого, казалось, не было вовсе. Мысли метались в голове, просчитывая варианты. Но что я могла сделать? Как помочь?

— Надь, ты мне веришь? – голос Вяземского звучал отстранённо и спокойно, будто не было этой бешеной гонки, словно никто не пытался превратить нас в решето, и наша жизнь не висела на волоске.

— Что? Причём здесь?.. – едва не сорвалась на крик, но прикусила щёку изнутри, заставляя себя замолчать, и на миг прикрыла глаза, переводя дыхание.