Книга Папа для Тыковки. Вернуть любовь, страница 47 – Яра Саввина, Ирина Агулова

— Ты где такое успела подхватить? – опешила я.

— В садике, – совершенно не смутившись, поделилась она. – Так иногда говолит Лалиса Павловна.

— Ох уж эта Лариса Павловна, – проворчал Артём. – Я скоро возненавижу это имя.

— Ой, мама, посмотли, – захихикала дочка, только сейчас заметив, что отец в переднике, – папа у нас повол. Папочка, а что ты готовис?

— Куриный бульон с чесночными сухариками для тебя и суп для нас с мамой.

— А почему мне какой-то бульон, а вам суп? – возмутилась малышка.

— Потому что твоему животику сейчас нужна особая диета. Я тут всё утро изучал в инете информацию о ротовирусе. Много чего интересного узнал. Например, что через пару дней ты у нас снова будешь здоровенькой. Нужно только соблюдать диету.

— Как взлослые тётеньки, котолые хотят похудеть? – деловито уточнила Алина.

— Да, милая, – засмеявшись, подтвердил Артём. – Ну что, согласна попробовать то, что приготовил твой папа?

— А это вкусно? – с сомнением уточнила дочка, заглядывая в кастрюльку.

— Ну, конечно, не так вкусно, как пицца и мороженое, которые мы обязательно закажем, когда ты выздоровеешь, но вполне съедобно. Я попробовал.

— Эх, молозеное – это здолово, – мечтательно протянула дочка. – Ладно, давай сюда свой кулиный бульон и сухалики.

Дочка ела с аппетитом, и это вселяло надежду на то, что ротовирус у нас не задержится.

Поев, Алинка умчалась к себе, и уже пару секунд спустя из комнаты раздались первые аккорды из заставки её любимого мультсериала.

— Спасибо тебе, – поблагодарила я Артёма.

— Не за что, – откликнулся он, беспечно пожав плечами.

— Есть за что, поверь. Если бы не ты, мне сейчас бы самой пришлось стоять у плиты, а не уплетать за обе щеки наваристый суп. Кстати, насколько помню, у меня в морозилке курицы не было.

— Не было, – подтвердил Рокотов. – Пришлось подключить к этому делу Матвея. Пусть отрабатывает за глупость, которую сам же и затеял.

— Ты про пожарную тревогу в торговом центре?

— Да, про неё.

— Мне он не показался плохим.

— Он и не плохой, – произнёс Тёма, задумчиво глядя в окно, за которым уже спускались сумерки. – Упёртый – да. Гордый. Но в остальном… Обычный парень, которому не повезло расти без отца.

— А сейчас как у них отношения?

— Не самые тёплые, если честно. Он, как и Тимофей Кондратьевич, винит во всём наше семейство.

— Их можно понять, – склонив голову, задумчиво пробормотала я, помешивая в чашке чай.

— Можно, – не стал спорить Артём. – Но иногда лучше оставить прошлое в прошлом и жить настоящим. Маргарита Валерьевна, мать братьев Медведевых, сейчас счастлива с моим отцов. Они любят друг друга. Это видно. Может, не стоит ворошить прошлое?

— Порой это очень трудно сделать.

— Я и не спорю. Жизнь вообще непростая штука. Но если искать в ней лёгкие пути-решения, можно и вовсе завести себя в тупик.

— Мам, пап, – от испуганного голоса Алинки ёкнуло сердце.

Подскочив со стула, я бросилась в её комнату. Рокотов не отставал.

За те мгновения, которые мне понадобились, чтобы добраться до дочки, в мыслях промелькнул не один десяток предположений, что могло её встревожить. Начиная от паучка, забравшегося в дом и заканчивая очередным «приветом» от Ларисы Павловны и её семейства.

Переступив порог комнаты, я наткнулась взглядом на застывшую посреди комнаты малышку, безотрывно смотревшую в задёрнутое шторой окно.