Книга Коллектор, страница 29 – Ульяна Соболева

Он был горячим, обжигающим. Его поцелуй забирал. Требовал. Его губы давили на мои, жадно, властно, как будто он хотел впитать меня всю. Я пыталась оттолкнуться, инстинктивно, машинально, но его руки держали меня слишком крепко, не оставляя шанса. Мир вокруг исчез. Остались только он, его дыхание, его вкус. Губы обжигали, словно расплавленный металл, двигаясь настойчиво, нетерпеливо. В этом не было нежности. Только напряжение. Грубость. Я чувствовала, как его щетина царапает мою кожу, добавляя к этому ощущению ещё больше дикости.

Я ненавидела его.

Я ненавидела себя.

Но мои губы отвечали ему. Мои пальцы, словно сами собой, сжались на его плечах. Горячих, напряжённых. Его мышцы, твёрдые, как камень, двигались под моими руками, и я не могла остановиться. Мой разум кричал "нет", но тело тянулось к нему, как мотылёк к огню.

Его пальцы сжались сильнее, впиваясь в мое горло. Его руки были жёсткими, как будто боялись, что я исчезну. Он тянул меня к себе так, что между нами не осталось ни капли воздуха. Я чувствовала каждый его вдох, каждый выдох мне в легкие, его грудь, которая прижималась к моей. Он словно вымещал на мне всё, что копилось в нём. Злость. Одержимость. Желание. Его губы двигались настойчиво, его язык скользнул внутрь, требуя ещё больше, врезаясь глубоко… и это было так интимно…так сексуально как будто…как будто он трахал мой рот своим ртом, брал меня своим языком. Это было не про нежность, не про любовь. Это было про силу. Про власть. Я ненавидела то, что чувствовала. Ненавидела, как сердце выбивало бешеный ритм. Ненавидела, как мои пальцы сжимались на его плечах, удерживая его так же, как он держал меня.

Я пыталась вырваться, но каждый раз, когда делала шаг назад, он тянул меня ещё ближе. Его рука крепко удерживала меня за горло, другая — крепко держала талию, не позволяя мне выскользнуть. Его дыхание обжигало мою шею, он кусал мою нижнюю губу, потом верхнюю и снова впивался языком. Вырвалась, задыхаясь.

— Ты с ума сошёл… — прошептала я, но слова утонули в его дыхании, в его губах, которые вновь накрыли мои.

Он оторвался лишь на секунду, его лицо оказалось рядом с моим. Его дыхание — тяжёлое, рваное — скользнуло по моей щеке.

— Да, — хрипло ответил он, и в его голосе была усмешка. — Я давно сошёл с ума. По тебе.

Эти слова были последней каплей. Я разорвалась между страхом и чем-то другим, тёмным, пугающим, но тянущим низ живота заставляющим набухнуть промежность, запульсировать там внизу.

Я наконец оттолкнулась, изо всех сил, и вырвалась. Его руки на мгновение ослабли, и я почувствовала свободу. Рванула назад, сердце выбивало бешеный ритм.

Он смотрел на меня, как хищник, которого оставили без добычи. Его глаза горели чем-то диким, почти безумным. Он провёл рукой по губам, будто собирался что-то сказать, но только усмехнулся.

— Беги, воробышек, — сказал он низко, хрипло, почти с угрозой. — я буду догонять…Всегда!

Вечер прошёл удивительно легко. Как будто на несколько часов я смогла выйти из этого бесконечного лабиринта страхов и тревог, в котором застряла. Всё было просто — смех, шампанское, мелкие разговоры. Корпоратив в школе — не то место, где я ожидала почувствовать себя живой, но как-то… получилось.

Валера, новый физрук, был удивительно обходителен. Он шутил, делал комплименты, смахивал воображаемую пылинку с моего плеча. А когда он назвал меня самой красивой девушкой вечера, я почувствовала, как щеки загорелись.