Книга Ловушка на оборотня, или Встреча на краю… весны, страница 73 – Алёна Александровна Комарова

— А это не изи. Крипово.

— Треш. Зря только дома остались, надо было сделать вид, что пошли в школу, вернуться и все проверить. Собрать пруфы, а потом все им рассказать.

— С этим пруфом далеко не укатишь.

— Какие доказательства? — заинтересованно пододвинулся Виталий к детям. Они удивлённо выпучили глаза. И Виталий не стал ходить вокруг да около, дал понять, что весь разговор ему понятен. Суть их разговора была до банальности проста: «он нас не поддержит, нужно искать другие пути. Маме все расскажет. Взрослые никогда нас не поймут. Им лишь бы никто никуда не лез». Но сказано это было такими словами, что названия лекарств, написанные на листочке ровным Лериным почерком, оказались стихами романса. — Не удалось вам поучаствовать в этом скаме? Надеюсь вы понимаете, что это не фанни? Это денджер.

— Вы нас понимаете? — таращась на него, изумлённо проговорила Настя.

— Я понимаю английский язык. А вы сейчас именно на нем и говорите.

— Это молодёжный сленг — с вызовом возразил Никита. — А как мы должны разговаривать? Уси — пуси, муси— пуси, мульти-пульти? Как мама с тётей Юлей?

— А они так разговаривают?

— Бывает.

— Не замечал.

— Вы просто к нам попали, когда мы всё время косячим, поэтому они на нас рычат.

— Понятно, а по поводу сленга — выдернутые слова из других языков не обязательно придуманное молодёжью.

— Ну и что же мы сказали? — с вызовом спросила Настя.

Виталий невозмутимо ответил:

— Никита попытался соединить камеру с телефоном, но это оказалось нелегко. Но в ваших головах уже была такая идея, которую тисками не вытащишь. Как бы страшно это ни было, вас уже не остановить. Но вы давно что-то знаете, о чём молчите.

— Блин, при нём теперь и не поговоришь… — вздохнул Никита.

— При мне лучше по-русски.

— А сколько языков вы знаете? — поинтересовалась Настя.

Виталий стал загибать пальцы.

— Английский, французский, немецкий, китайский и русский, конечно же.

— Ого.

— Я ведь по миру хожу.

— Ходите?

— Да, мы на корабле не плаваем, а ходим. И это по правилам русского языка.

— А он имба — кивнул на Виталия Никита. Настя неохотно кивнула. — А я даже английский выучить не могу.

— Почему же, ты не плохо на нем разговариваешь. Ну что ж, кое-что прояснилось. Так какое у вас есть доказательство?

— Мы пересмотрели запись. Когда Уголька искали, пролетали над соседским двором. Там был человек.

— Это мог быть Женя? — оживился Виталий.

— Что мы папу бы не узнали?

— Нет, это не папа.

— Хорошо, я могу посмотреть запись?

— Человека плохо видно.

— И все же я хочу посмотреть.

Они поднялись на второй этаж, в комнату Никиты, где он устроил просмотр записи. Все молча смотрели, даже дети не выкрикивали что-то вроде: видите, смотрите, вот он, а мы же вам говорили. На крыльце соседского дома, где не так давно, а точнее вечером прошлого дня ему дали по голове, стоял человек в капюшоне, осматривал двор. Человек на экране услышал жужжащий звук вертолётика, быстро оглянулся, посмотрел вверх, сделал шаг назад и скрылся в доме. Этой секунды хватило, чтобы всё заметить.

Виталий тихо чертыхнулся.

Он слишком был похож, чтобы не узнать. Это в корне меняло дело. Сходства с похитителем Жени были так же малы, как и велики. Человек в капюшоне ночью дал по голове Жене. Человек в капюшоне прячется в пустом соседском доме. Человек в капюшоне очень похож на…