Книга Карбоновое сердце, страница 15 – Марьяна Куприянова

— Мистер Гинзли, Гвен. Мое почтение. Как поживаете?

— Прекрасно, Билл, а ты?

Я вновь заскучала под лавиной этикета. Неужели обязательно произносить так много лишних слов, проявлять столько фальшивого участия, интересоваться делами людей, которые тебе неинтересны? Ради чего они сотрясают воздух?

— Билл, познакомься: это Сара, дочь Гвен. Сара, это наш сын Билл. Я так надеюсь, что вы поладите!

— Привет, – без энтузиазма кивнула я.

Внешность этого паренька не вызывала во мне каких-то особенных эмоций.

— Вау, Сара, а вы с матерью так похожи.

— Взаимно.

— Ну теперь можно и к столу. Билл, только вымой руки, умоляю тебя. Не хочу, чтобы за ужином пахло бензином!

— Ма, ну сколько можно? Не при всех же…

Я внутренне усмехнулась и проследовала за всеми.

— Наша кухарка нашла какой-то новый рецепт запеченной индейки, все овощи свежие, а соусы особенно хороши. Я очень надеюсь, что всем понравится, – улыбалась миссис Хартингтон. – Пожалуйста, не стесняйтесь. Это все для вас.

Мы расположились за столом так, что Билл оказался прямо напротив, но меня это не смущало, и я без промедлений принялась за еду, стараясь не вслушиваться в увлекательные истории Стефани о том, как она что-нибудь покупала. Похоже, это все, чем она могла поделиться в компании. И моя мать была вся во внимании.

— Сынок, поухаживай за Сарой, налей ей выпить.

— Что ты будешь: вино или шампанское?

— Вино, – коротко ответила я, пережевывая мясо и брокколи.

Всех немного смутило то, что я с таким увлечением ем и ни с кем не общаюсь. Хотя, наверное, после того, как я высказалась о картинах, они не слишком хотели, чтобы я открывала рот. Билл с интересом поглядывал на меня, изредка поддерживая общую беседу короткими фразами вроде «Да-да, так все и было» или «Ну это уже совсем никуда не годится». Он искусно принимал участие в диалоге, полностью оставаясь вне его.

Насытившись, я стала медленно попивать вино и от скуки уже не могла не прислушиваться к разговору. Оказалось, они вполне обходились и без меня, и я вдруг подумала: что я вообще здесь делаю? Знакомство с Хартингтонами принесло мне только разочарование, а не пресловутые связи, которые помогли бы обрести независимость от людей, с которыми я живу.

Очевидно, уже не в первый раз за этим столом из уст Стефани звучала история о том, как они с Брюсом встретились на Кубе много лет тому назад. Как я поняла, миссис Хартингтон значительно младше мужа и в свое время увела его из семьи, о чем поведала чуть ли не с гордостью.

— Хватило одного танца на диком пляже, – говорила она, лукаво поглядывая на супруга, – чтобы он позабыл обо всем на свете и ушел ко мне.

Я чуть было не открыла рот, чтобы спросить, с каких это пор измена и предательство являются в нашем мире благом или достоянием, как Гвен, увидев, что я с каменным лицом гну в руке вилку, испугалась и поспешила сменить тему.

— Брюс, Сара ведь совсем недавно приехала, не мог бы ты рассказать ей о главной достопримечательности Уотербери?

Мистер Хартингтон отложил нож и вилку, переглянулся с женой.

— Как?! Сара до сих пор не знает о гонках? Действительно?

Изумления в его голосе хватило бы на десяток человек.

— Я хотела, чтобы именно вы с Биллом поведали ей об этом. Ведь вы имеете к гонкам прямое отношение.

Гвен заискивала перед ними, ей нравилось ощущать себя частью привилегированной элиты. Мне было так стыдно за нее. Как и ей за меня, но по другой, прямо противоположной причине.