Книга Карбоновое сердце, страница 155 – Марьяна Куприянова

— Утро доброе, парни.

По взглядам, направленным на меня, стало ясно, что не все к этому дню сохранили способность радоваться простым вещам вроде погоды или встречи с друзьями. Мало кто ответил мне вслух – многие просто кивнули и продолжили свои дела. Крохотные молнии напряжения искрили в воздухе тут и там, создавая неповторимую стрессовую атмосферу, когда каждый хочет избавиться от нервирующей тишины, но продолжает молчать.

Никто не желал и на минуту отвлекаться от подготовки: шутить, болтать, обсуждать что-либо сегодня не в планах. Пока меня не было, пилоты успели настроиться на волну максимальной серьезности и концентрации.

А я уже и забыл, что именно так все и бывает перед чемпионатом. Мы намеренно отдаляемся друг от друга, даже если вчера были лучшими друзьями, пили вместе или стирали друг другу форму. Так удобнее конкурировать на треке. Ничего личного, только карьера. И на один день необходимо забыть, кто мы друг другу, чтобы совесть и привязанность не помешали взять кубок. Зато механики вели себя как обычно – открыто и приветливо.

Я снял с крючка запачканный машинным маслом фартук, перчатки, ящик с инструментами и направился к болиду номер восемьдесят пять вместе с Хэнком. Сара говорила, что когда впервые увидела наши автомобили вблизи, они напомнили ей насекомых – блестящий хитин, яркие цвета, необычно изогнутые линии, хищные формы. Странно, что это сравнение, теперь такое очевидное, никогда не приходило мне в голову. Все-таки она творческий человек со скульпторской жилкой.

Пока мы с Хэнком проверяли исправность механизмов, он с охотой поведал мне о планах на ближайшие часы. Прибудет независимая инспекция, прочешут трассу на наличие технических нарушений, проверят газон, разметку, чистоту покрытия, углы поворотов. В общем, все особенности трека, отвечающие за пригодность и безопасность во время заезда.

— Вообще очень много всего нужно успеть проверить, – рассказывал Хэнк, подавая мне клеммы. – Состояние пит-стопов, например. Действительно ли они оборудованы, как требуется. От количества запасных шин до бутылок с водой. Эти три дня перед чемпионатом – сумасшедший дом. Сплошные осмотры, выверки, ревизии. И пусть хоть что-то будет не на своем месте – получат все. Кроме пилотов, конечно.

— Ну да, – хмыкнул я. – Наше дело маленькое – сел и поехал. А кто приведет Гранж Пул Драйв в нужное состояние?

Хэнк никогда не понимал моего сарказма, наверное, поэтому мы так хорошо общались – обидеть его было невозможно. Да и не хотелось никогда.

— Вот и я о чем. Гонка начинается через, – он приподнял запястье, – три с половиной часа, грубо говоря, а работы еще непочатый край, и когда все успеть, когда?

— Так говоришь, будто один тут все делаешь.

— Нет, разумеется. Так я и не за себя возмущаюсь. Еще и трибуны, представь. Все обойти – вдруг взрывное устройство подложили? И нельзя этого не сделать – все строго по протоколу, понимаешь? И никого не волнует, что только идиоту придет в голову взрывать Гранж Пул Драйв. Такие глупости.

Каждый раз одно и то же. Головная боль, нервы, причитания Хэнка. Типовые приготовления, к которым уже можно было привыкнуть, но проходит три года, и мы заново обсуждаем их, будто все это происходит впервые. Наверное, это часть ритуала, который помогает немного отвлечься, избавиться от удушающего волнения.