Книга Карбоновое сердце, страница 45 – Марьяна Куприянова

— Но ты пришла сюда к нему, – вторая ступенька, третья.

— Будь я его подружкой, знала бы, что сегодня его на тренировке нет.

— Логично, – четвертая, пятая. – Тогда… что ты делаешь здесь?

Гонщик в красном остановился почти вплотную, подавляя меня внушительным ростом. Впервые я видела Гектора так близко, что пришлось немного отступить, чтобы банально не потерять самообладание.

— Разве это запрещено?

— Наоборот. Но на фанатку ты не очень смахиваешь.

Я промолчала, глядя на него исподлобья, и Гектор оскалился той самой неестественно широкой улыбкой, гипнотизируя меня зеленоватыми радужками и расширенными зрачками. Рыжие волосы и щетина отливали медью на солнце. Лицо гонщика казалось старее, когда он так улыбался, но это не лишало его зловещего магнетизма.

— Гектор! Эй! Иди сюда, ну сколько можно трепаться? – раздраженно прокричал один из механиков, высунувшись из бокса, и добавил еще несколько терминов, значения которых я не знала.

Соулрайд быстро спустился к пит-лейн, мгновенно позабыв и обо мне, и о вопросах, оставленных без ответа. Я тоже сделала вид, будто ничего особенного не произошло, но внутри меня разрывало на части. Этот всеобщий любимец – тот еще наглец. Но ничего, я еще поставлю его на место. Осталось придумать, как это провернуть.

— Слышал, Дуглас? Эй, брось уже свои клоунские штуки и иди сюда.

— Я жонглирую, – спокойно отозвался парень, не удостоив Эвелин взглядом.

— Сара говорит, что видела Гектора.

Это возымело свой эффект, и Дуглас, потеряв равновесие, уронил шарики – те покатились по полу. Принявшись собирать их, он жадно спросил:

— И как он тебе?

— Мягко говоря, не произвел впечатления.

Мой ответ заставил ребят в недоумении переглянуться. Должно быть, они не понимали, как я могу с таким безразличием отзываться об их горячо любимом кумире.

— Мы точно говорим об одном и том же человеке? – уточнил Дуглас.

— Думаю, да. Гонщик под номером 85, красно-белая форма, высокий и рыжий.

— Да, это он. Странно. Так в чем дело? Весь Уотербери обожает Гектора, а тебе он пришелся не по вкусу. Что же бедняга сделал не так?

— Беднягой его можно назвать с большой натяжкой, – со скучающим видом отозвалась я. – Как можно считать беднягой того, кто окружен любовью и вниманием целого города, у кого множество друзей, фанатов, девушек, в конце концов? Свободное время он проводит на вечеринках, где алкоголь льется рекой, и без зазрения совести пользуется своим положением в корыстных целях.

— О чем это ты говоришь? – наконец-то в тоне приятеля послышалась дрожь, как от подкатившего дурного предчувствия.

— Да видела я, как он и его братия развлекаются в особняке на Перл-Лейк-Роуд. Мерзкое зрелище.

— Как ты там оказалась?

— Доставляла заказ.

— Вот это совпадение! И что, там были и другие гонщики?

— Конечно. Хартингтон, например. Просил меня остаться, но я отказалась.

— Почему? Это же нереально крутой шанс познакомиться со всеми! Я так тебе завидую!

— Я устала и хотела домой. К тому же мне там не понравилось. Все были пьяные и вели себя так, будто собираются устроить оргию. А Гектор вообще…

— Что? Что он такого сделал?

Судя по лицам, ребята были не на шутку испуганы. Я понимаю, чего они боялись. Что их любимый кумир окажется не золотым, а позолоченным. Это разрушит их картину мира и ценности. Надеюсь, они простят мне жестокость и холод, с которыми я пересказывала увиденное. Но это должен был кто-то однажды сказать. Пора бы развенчать культ личности Гектора Соулрайда в Нью-Хэйвене. Это всем пойдет на пользу, и ему в первую очередь. Пустим кровь местному божку, а пастве уберем шоры.