Книга Карбоновое сердце, страница 52 – Марьяна Куприянова

Со злорадной улыбкой я сбросила вызов и откинулась на спинку стула. Не знаю почему, но Эвелин не стала перезванивать.

— Куда собираешься?

В дверном проеме показался Патрик, скрестивший руки на груди и прислонившийся спиной к косяку. Я стояла перед зеркалом в ванной в одном полотенце на груди, завязанном крайне небрежно, а Гвен не было дома. Меня встревожило, что мужчина вошел без стука, но я старалась не надумывать раньше времени. Полуобернувшись, я коротко окинула его мрачным взглядом и продолжила расчесывать мокрые волосы, рассыпанные по плечам.

— Тебе дело есть?

— Разумеется.

— Хоть бы постучался.

Патрик молчал и не спешил уходить. А слюна у меня во рту становилась все более вязкой. Паника нарастала.

— Ну что тебе нужно, м?

— А ты очень похожа на Гвен. Я только сейчас заметил.

— А ты очень похож на того, кто должен выйти отсюда сейчас же.

— Вы с Биллом больше не общаетесь?

— А что?

— Просто хочу узнать почему. Может, он тебя чем-то обидел?

— Нет, это была его инициатива. Будто ты заступаться за меня будешь перед Хартингтонами! Так и поверила.

— Вы поругались?

— Отвали, Пат. Я не обязана перед тобой отчитываться. Парень передумал со мной общаться, я недостаточно для него хороша. Доволен?

— Нет, Сара, ты очень хороша.

Взгляд Патрика стал… странным. Он все еще стоял в проходе, но уже не знал, что сказать, чтобы задержаться. И вновь я ощутила удушье, которое невозможно с чем-либо перепутать.

— Выйди. Мне нужно переодеться.

— Хм? – Он, казалось, глубоко задумался, осматривая меня. – Да. Конечно.

Едва Патрик вышел, я быстро закрылась изнутри и еще долго сидела на полу, успокаиваясь. Затем вернулась к зеркалу и осмотрела себя тяжелым взглядом, нависнув над белоснежной раковиной. Нужно было отвлечься от воспоминаний как можно скорее, и я пустила мысли по привычной колее.

Ладно этот лысый ублюдок, падкий на молоденьких девушек, которые в одиночестве и почти без одежды находятся в его доме чуть ли не в полном распоряжении. Но разве могут привлечь такого, как Гектор, эти затравленные карие глаза, заостренный подбородок, широкие скулы, обыкновенные темные волосы? Стоит ли мне на что-то надеяться? С момента переезда в Уотербери мною как девушкой интересовался только Билл, и то скорее из-за вредного характера.

Есть большая разница между умением привлечь внимание мужчины своей внешностью и попыткой вызвать к себе временный интерес тем, что уязвляешь его самолюбие. Обладая самой посредственной, как мне кажется, наружностью, я делала ставку на второе. Этим можно добиться внимания, но не чувств. Интерес Гектора ко мне способен угаснуть так же быстро, как и возгореться. Я хорошо это понимала.

И пусть на первый взгляд я могу показаться ему заурядной, но вряд ли, познав силу моего характера, он по-прежнему останется равнодушен. Соулрайд и сам, если честно, далек от совершенства. Но внешность теряет значение, когда перед тобой личность, чья харизма и уникальность подавляют присущие людям стереотипы, привычку оценивать только визуально. Личность выше этого, она упраздняет видимое в пользу незримого, выводя на первый план содержание, а не форму. Точнее, соединяя, сплавляя их в монолит.

Если же Гектор окажется тем, для кого смазливое личико представляет куда бо́льшую ценность, мой интерес к нему быстро угаснет, и сожалеть будет не о чем. Так рассуждала я, продолжая посещать Гранж Пул Драйв в свободное время, чтобы подразнить Соулрайда, заинтригованного моим противоречивым поведением. Зная, что неприятен мне (неоднократно он слышал об этом от самых разных людей), но и заметив, что я перестала общаться с Биллом, Гектор недоумевал, зачем я снова и снова прихожу на автодром. Я видела это в его растерянном взгляде, который он безуспешно пытался скрыть.